“…Нога ужасно болит, но вы не представляете, как болит душа!”

Архив 201020/03/2010

Дом престарелых в Норк-Мараше утопает в цвету. Чистенький дворик. Аккуратненькие старички и старушки, поддерживая друг друга, прогуливаются по саду, с надеждой вглядываясь в лицо каждого входящего во двор.

 Ждут. Ждут даже тогда, когда некого ждать. У окна одна из самых молодых обитательниц “дома” — 61-летняя Алла Бондаренко. Ей есть кого ждать — у нее дочь и внучка, но надежды нет, что они придут. Душевные и физические боли от растущей не по дням, а по часам трофической язвы просто уничтожают женщину — она постоянно плачет и не видит смысла в жизни.

Алла Бондаренко, русская по национальности, родилась и выросла в Армении в семье выходца из Саратова и кубанской казачки из Ставрополья, которые оказались волею судьбы в молодой Армении в голодном 33-м. Именно здесь они познакомились, свили семейное гнездышко и родили двух дочек — одну до войны, другую после. Дети росли в любви и заботе, что Алла всегда мечтала проецировать на свою семью, но не получилось… Брак, и то лишь гражданский, с беженцем из Азербайджана ей удалось создать слишком поздно. Родилась дочка — и папу будто ветром сдуло. Не захотел взять на себя ответственность. Все тяготы по воспитанию и обеспечению малышки пали на плечи женщины, которая работала и в Министерстве легкой промышленности, и в Проектном институте, и во многих других местах. Благо, что еще помогал племянник Александр, сын сестры, хороший мастер по дереву, торгующий своими изделиями на вернисаже. Он же оплачивал съемную квартиру для Аллы и Ирочки.
Забыв обиды на мужа, Алла радовалась, что Бог ей даровал такое чудо — дочку Ирочку, когда она уже не надеялась заиметь детей. Конечно, поздние роды оставили свой след в виде сильнейшего варикоза на ногах, но разве это могло огорчать счастливую мать?! Вот только радость не обещала быть долгой — 15-летнюю школьницу украл один “молодец”, обесчестил с дальнейшим расчетом жениться на ней. Эта трагедия подкосила Аллу. На нервной почве на ноге открылась трофическая язва. К тому моменту и у племянника начались финансовые проблемы — денег не хватало на собственную семью, к тому же тяжело заболела 70-летняя мать. Он больше не мог оплачивать квартиру для Аллы. Злоключения следовали одно за другим. Почти сутки Алла сидела на остановке на площади, безудержно плача. Никто не подошел, не поинтересовался, что случилось, не посочувствовал, кроме случайно оказавшегося рядом корр. “НВ” Валерии Захарян. Она-то и помогла Алле Бондаренко, которой на тот момент было всего лишь 57 лет, устроиться в Дом престарелых в Норк-Мараше, где в первое время, когда еще ее не сокрушали боли, женщина активно взялась помогать стареньким соседкам — купала их, стригла волосы и ногти, поддерживала, одаривая заботой и любовью. У нее появилась семья, но это не может заглушить простое материнское желание — видеть свое дитя, знать, что оно живет в добре и счастье. А ее дочка точно не купается в золоте — в маленькой “двушке” проживают восемь человек, муж не работает. Прошло уже четыре года после похищения, за которые Алла видела свою дочь лишь трижды. Последний раз Ира пришла в Дом престарелых вместе с дочкой двух с половиной лет и в сопровождении бдительного мужа. Малышка взяла бабушка за руку, водила по комнате, лепеча: “Татик! Татик!” Алла была счастлива, не сдерживая слез радости. С того дня прошло уже много времени (каждый день для Аллы длится вечность), а дочка больше не пришла… Женщина продолжает ждать. Ее болезнь из-за нервных переживаний прогрессирует — каждый день на полсантиметра рана увеличивается, мучают невыносимые боли. Уже простые обезболивающие лекарства не помогают. В день Алле необходимо до 10 таблеток кетаналритарта и накома. Несколько лет женщине помогает лекарствами настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы протоиерей Арсений Григорянц. Основными лекарственными средствами обеспечивает медицинский кабинет Дома престарелых, медработники дежурят круглые сутки, оказывая помочь страждущим, но и там не хватает средств.
В беседе корр. “НВ” с врачом Дома престарелых выяснилось, что Алла находилась на лечении в Республиканском центре, но трофическая язва уже в таком состоянии, когда простое лечение не поможет, а ампутация тоже не выход — тяжесть перейдет на вторую ногу, которая тоже поражена варикозом, может открыться новая язва. По госзаказу же проходит только ампутация. Извечный вопрос — что делать? Между тем у больной рана чистая, светлая, без нагноения, чернота, свидетельствующая о наличии гангрены, отсутствует, а значит, ногу возможно сохранить и вылечить. Московские и петербургские инновационные сосудистые центры предлагают лечение венозных трофических язв безоперационными методами — лазер, склеротерапия и обработка поверхности плазмой. Там работают с целью сохранения конечностей и даже вылечивают гангрену. Но для этого нужны деньги, которых у Аллы, обитательницы Дома престарелых, нет. Для нее последняя надежда — обезболивающие средства, которых всегда не хватает. Нечеловеческие боли заставляют ее выть. Но заплаканная Алла говорит: “Да, нога ужасно болит, но вы не представляете, как болит душа”.

Редакция “НВ” обращается к своим читателям с просьбой о помощи Алле Бондаренко и хочет обратить внимание Посольства РФ в РА и русских обществ — может, будет выделен какой-то бюджет на лечение соотечественницы. Только сообща мы сможем оказать помощь Алле Бондаренко — женщине, которая на грани самовольного ухода из жизни. Для желающих помочь сообщаем номер телефона редакции — 56-55-80, обращаться к авторам статьи.
Николай БАБАДЖАНЯН,