“Никогда не опаздывайте к обеду, курите гаванские сигары и пейте армянский коньяк…”

Архив 201227/12/2011

В Новый год самое время вновь обратиться к армянскому коньяку, как-то выпавшему из поля зрения соотечественников. Как это сделала “Энотека” — престижный глянцевый российский журнал о вине и других веселящих напитках. В одном из недавних номеров “Энотеки” опубликована статья журналиста Олега МАКСИМЕНКО, посвященная истории армянского коньяка. Автор многие годы работал в Ереване, сейчас он в Москве и время от времени публикует статьи об Армении… “Никогда не опаздывайте к обеду, курите гаванские сигары и пейте армянский коньяк…” — эти слова принадлежат сэру Уинстону Черчиллю, личности, бесспорно, выдающейся. Прожив девяносто один год, Черчилль был тучен, никогда не придерживался диеты — ел что хотел и в неограниченном количестве. При этом немало курил и выпивал. “Я извлек из алкоголя больше, чем алкоголь извлек из меня”, — говорил сэр Уинстон. Так что последуем примеру великого сэра и будем с благоговением вкушать армянский коньяк — по каплям — и вдыхать его аромат.

В декабре 1943 года на Тегеранской конференции Черчилль влюбился в армянский коньяк, любезно предложенный на пробу Сталиным. Предметом вожделения британского премьера стал десятилетний пятидесятиградусный “Двин”, названный в честь древней столицы Армении.
История коньяка “Двин” весьма занимательна. Напиток был заказан Анастасом Микояном, предназначался для полярников и должен был стать самым крепким коньяком в мире. Высокий градус, по мнению высокопоставленного заказчика, курировавшего советский пищепром, был необходим для того, чтобы сэкономить на авиаперевозках в район Северного полюса. “Двин” был готов буквально накануне войны, но в серию не пошел, так как не предназначался для широкой продажи. Зато очень пригодился товарищу Сталину на Тегеранской конференции. Черчилль коньяк оценил, получил в подарок пару ящиков и стал регулярно выписывать “Двин” из Советского Союза. По словам ведущего коньячного мастера Армении Роберта Азаряна, британский премьер заказывал двадцать ящиков коньяка в год — пил сам и раздаривал в качестве знака особого внимания.
Кстати, не совсем понятно, почему в культовом советском сериале “Семнадцать мгновений весны” группенфюрер Мюллер так долго и натужно искал компромат на штандартенфюрера Штирлица. Ведь после того, как полковник Исаев признался шефу гестапо в том, что любит тот же коньяк, что и Черчилль, Максим Максимыча можно было брать не задумываясь — коньяк “Двин” к Штирлицу мог попасть или по личному указанию Сталина, или в качестве презента от Черчилля.
Армянский коньяк Черчилль продолжал пить даже в период “холодной войны”. Несмотря на то что Сталин перестал присылать ему коньяк. Где брал — непонятно до сих пор.

Общеизвестно, что основой
технологии производства всех бренди и в частности коньяка является процесс дистилляции. Вопреки широко распространенному мнению процесс дистилляции, который стал известен европейцам во время крестовых походов, был изобретен отнюдь не арабами. Они лишь усовершенствовали процесс, известный на Востоке еще со времен Аристотеля (384-320 гг. до н.э.), в трудах которого содержится указание на то, как испарять жидкость нагреванием и сгущать образовавшиеся пары.
Уже примерно с III века н.э. дистилляция как метод концентрации виноградных и фруктовых вин широко применялась в Закавказье. По данным академика Бориса Пиотровского, уже в середине IV века в Рим поставлялось перегнанное виноградное вино в бочках с печатью города Двин, бывшего в то время столицей Армянского царства. Получается, что история армянского коньяка начинается не в 1877 году, когда Нерсес Таирянц устроил в подвалах Эриванской крепости свою винокурню, а на полторы тысячи лет раньше.
Но что бы там ни было в древности, современная история армянского коньяка началась в 1877 году, когда купец первой гильдии Нерсес Таирянц с разрешения городских властей и по совету своего кузена, одного из ведущих виноградарей Российской империи Василия Таирова, основал на территории бывшей Эриванской крепости завод, где начал производить вино, водку и дошаб — уваренный виноградный сок. А первый армянский коньяк, изготовленный по классическому шарантскому методу, увидел свет в 1887 году.
В последней четверти XIX века в Эриванской губернии, входившей в состав Российской империи, действовало свыше семидесяти вино-водочных предприятий. С 1893 по 1896 годы в Эривани было построено еще три коньячных завода, но самым крупным и перспективным оставался завод Нерсеса Таирянца. К концу XIX века выпускаемые заводом Таирянца вина, водки, дошабы и коньяки пользовались большим спросом и были хорошо известны далеко за пределами Армении. В ноябре 1898 года престарелый Нерсес Таирянц, которому с годами становилось все труднее справляться с делами, сдал свой завод в аренду Торгово-промышленному товариществу “Николай Шустов и сыновья”.
Основанное в 1863 году Николаем Леонтьевичем Шустовым товарищество владело десятками винодельческих предприятий, а также сотнями магазинов и складов по всей России. Шустовский ассортимент включал в себя более ста наименований алкогольных напитков, среди которых были и поныне пользующиеся заслуженной славой “Зубровка”, “Спотыкач”, “Рижский бальзам”, “Запеканка” и “Рябина на коньяке”. Арендовав завод Нерсеса Таирянца, Шустовы, используя специфику подвальных помещений Эриванской крепости, полностью переоснастили предприятие, расширили производство и даже построили первую в Армении электростанцию.
Почувствовав перспективу армянских вин и коньяков, товарищество “Николай Шустов и сыновья” в 1899 году полностью выкупает завод у прежнего владельца и начинает налаживать сбыт продукции в городах России (Москве, Санкт-Петербурге, Кишиневе, Одессе, Варшаве, Смоленске, Нижнем Новгороде, Вильно), в Европе (Париже, Льеже, Лондоне, Вене) и в Америке (Нью-Йорке). Главным технологом нового шустовского завода становится Мкртыч Мусинянц, талантливый винодел, получивший образование во французской Высшей школе виноградарства и виноделия города Монпелье.

Армения расположена на юге Закавказья, на возвышенном Армянском нагорье, и хотя ее территория находится на широте Греции, Италии и Испании, климат здесь совсем иной. В долинах, защищенных со всех сторон горами, лето очень жаркое и сухое, зима же довольно суровая и малоснежная. Это одна из немногих винодельческих стран, где лозу на зиму необходимо укрывать от морозов толстым слоем земли. В Армении насчитывается более 200 сортов винограда. Местные виноградники избежали эпидемии филлоксеры, поэтому старинные аборигенные сорта сохранились здесь до нашего времени во всем своем разнообразии. Широко культивируются около 30 из них, наиболее популярны белые Мсхали, Гаран дмак, Воскеат и Мускат, красные Арени и Кахет.
Главным винодельческим регионом Армении является Араратская долина, в которой расположено до 60% всех виноградников страны. Здесь возделываются сорта для коньяков и крепких сладких армянских вин, а чуть выше, в предгорьях, — для игристых вин. В регионе выделяют две области — Араратскую и Армавирскую. Тавушская и Арагоцотонская зоны (25% виноградников) дают виноматериалы для производства коньяка, а также легкие столовые и игристые вина. Такие же вина производятся и в небольшом регионе Сюник, расположенном на границе с Ираном (5% виноградников). Предгорный регион Вайоц Дзор (10%) славится винами из традиционного армянского сорта Арени.
Между прочим, фраза “Не пьем, а лечимся” вовсе не поговорка, а рекламный слоган, придуманный еще дедушкой Николая Шустова для серии настоек на лекарственных травах.
Для продвижения своего коньяка на европейский рынок Николай Шустов придумал оригинальный рекламный трюк. Он нанял молодых людей с аристократичными манерами для постановки оригинальных мини-спектаклей. В самый престижный в городе ресторан приходила шикарная молодая пара. Для них с безупречным вкусом и за огромные деньги сервировался самый лучший столик. Когда дама и ее блестящий кавалер сидели уже за сервированным столом, молодой человек подзывал сомелье и требовал подать “бутылочку шустовского коньячку”. Получив недоуменный отказ, разгневанный джентльмен, ни к чему не притронувшись, вскакивал из-за стола, извинялся перед дамой, сполна расплачивался по счету и заявлял, что ноги его больше не будет в этом заштатном заведении. Удрученный произошедшим скандалом хозяин ресторана тут же заказывал крупную партию коньяка от Шустова.
Шустов первым догадался размещать на обложках популярных журналов свой логотип. Одна из самых популярных московских актрис, исполняя роль Ларисы в пьесе Островского “Бесприданница”, просила подать ей именно шустовского коньяку, хотя во время написания пьесы этой марки еще не существовало. Плакаты с фирменным знаком компании — медным колокольчиком и надписью “Коньяки Шустова” — украшали борта пароходов и дирижаблей, таблички с ним были прикручены к конным экипажам. Та же надпись была выведена на вагонах конки. На крыше первого московского трамвая тоже была размещена реклама шустовских коньяков.
Уже в начале XX века о шустовском коньяке знала не только вся Россия, но и Европа с Америкой. Для закрепления успеха в 1900 году Николай Шустов послал образцы своего коньяка на Всемирную выставку в Париж, где по итогам слепой дегустации жюри единодушно присудило Гран-при шустовскому коньяку “Фин-Шампань Отборный”. В результате Шустов стал единственным в мире иностранным производителем коньяка, получившим законное право при поставках в Европу писать на бутылках со своей продукцией не “бренди”, а “cognac”. Больше такого права за всю историю коньячного производства не удостаивался никто.
Коньячное предприятие Шустовых постоянно расширялось: появились вспомогательные цеха и новые хранилища для выдержки коньячного спирта, был построен новый коньячный завод, на котором установили 12 перегонных аппаратов шарантского типа, в разных районах Армении открылись семь новых пунктов по приемке и переработке винограда.
В 1912 году Торгово-промышленному товариществу “Николай Шустов и сыновья” было пожаловано звание Поставщика Двора Его Императорского Величества.

В 1920 году после установления в Армении Советской власти завод Шустова в числе прочих винодельческих предприятий был национализирован и переименован в Винно-коньячный завод “Арарат”. А 16 августа 1922 года был организован Винно-коньячный трест “Арарат”, объединивший всю винодельческую промышленность Армении. Разумеется, головным предприятием этого треста стал бывший шустовский завод. Посетивший Армению в 1928 году Максим Горький после экскурсии в Винно-коньячный трест так описывал свои ощущения: “Наверное, легче подняться на гору Арарат, чем выйти из подвалов треста “Арарат”.
К середине 1930-х Армения заняла одно из ведущих мест в СССР по производству алкогольной продукции. Завод Шустовых в очередной раз кардинально реконструируется — сдается в эксплуатацию четырехэтажный подвал марочных вин мощностью в 500 тысяч дал, расширяется ассортимент, создаются новые марки вин и коньяков.
С конца 1920-х одно за другим вводятся в строй новые винодельческие предприятия: 1927 год — в Эчмиадзине, Аштараке, Бурастане, Верин Арташате, Даларе; 1938 год — в Айгезарде и Гетапе; 1943 год — в Ноемберяне; 1951 год — в Мегри и Паракаре; 1956 год — в Октемберяне (винный завод), Веди и Шамшадине; 1963 год — в Октемберяне (коньячный завод); 1966 год — в Айгеване; 1969 год — в Егварде; 1971 год — в Лалваре и Ерасхе. Кроме того, на территории Советского Союза были открыты заводы, разливавшие армянский коньяк и вино: в Москве (1922 г.), в Ленинграде (1923 г.) и Саратове (1950 г.).
Сам Винно-коньячный трест “Арарат” просуществовал до 1948 года, когда в связи с реорганизацией Ереванского винно-коньячного завода (так в конце 1940-х назывался бывший шустовский завод) в Ереванский винный комбинат цех выкурки коньячного спирта и коньячный цех были объединены в самостоятельный Ереванский коньячный завод, выделенный на отдельный баланс Ереванского винного комбината. В том же году на холме на противоположном берегу Разданского ущелья началось строительство здания нового завода. В 1953 году после завершения строительства и переезда в новое здание начинается самостоятельная история Ереванского коньячного завода (ЕКЗ). Именно здесь вплоть до первой половины 1990-х делались купажи и производился розлив знаменитых на весь мир армянских коньяков: ординарных — трех-, четырех- и пятилетних и марочных — “Отборный”, “Юбилейный”, “Армения”, “Двин”, “Ереван”, “Праздничный”, “Наири” и “Ахтамар”. Остальные армянские винные заводы были обязаны производить выкурку спиртов, но купажировать и разливать коньяк им запретили.

P.S. После развала СССР коньячное дело, как и многие другие, пошли в Армении вкривь и вкось. Казалось, “Золотой век” армянского коньяка безвозвратно завершился, ведь Ереванский коньячный завод перестал быть монополистом, а к середине 90-х был утрачен российский рынок, до того регулярно поглощавший три четверти армянского напитка. В одночасье Россию захлестнул мутный поток “коньяков” — поддельного пойла, которое производили все кому не лень на всей территории бывшей советской страны. Ситуация радикально изменилась, когда владельцем нашего Коньячного завода стала французская корпорация “Pernod Ricard”. Вскоре на армянском коньячном поле появились и новые игроки — Great Velley и Коньячно-винно-водочный комбинат “Арарат”. Сегодня армянский коньяк успешно реализуется в России и многих странах Европы, Азии, Америки. Ничего не остается, как пожелать армянскому коньяку — национальному бренду — новых и новых рынков.
Подготовила