“Нарушается логика маштоцевских букв”

Архив 201027/02/2010

Армянское пространство заполнено разговорами и спорами о языке. В основном о языке телевидения. А также о языке выступлений депутатов, о языке печати и прочем. Вот и праздник родного языка недавно был отмечен, правда, не слишком заметно, но вполне формально.

Между тем есть еще одна грань языковой проблемы, которая давно уже остается за “кадром”. Это проблема армянского алфавита, точнее букв. Их образа и подобия. Об этом есть что сказать известному живописцу и дизайнеру, председателю СХ, заслуженному деятелю искусств Карену АГАМЯНУ.

“Мы справедливо гордимся нашей письменностью, национальным алфавитом, созданным и переданным народу в вечное пользование Маштоцем. Армянские буквы служили нам все эти более чем 1600 лет верой и правдой как защитники родной земли и культуры, — говорит Карен Агамян. — Думаю, каждому армянину ясно, что наш алфавит — одна из основ нашей идентичности. Вряд ли кто будет оспаривать этот постулат.
Так случилось, что за годы независимости был нанесен ощутимый урон не только армянскому языку, о чем в последнее время много говорят, но и армянскому алфавиту, буквам. Негодование просвещенной части общества по поводу вульгаризации языка естественно, особенно когда понимаешь, что ни в одной стране мира так воодушевленно не калечат родной язык, как у нас. Мы все делаем иначе, по-другому и идем своим путем, часто труднейшим. Но вот о том, что искажаются армянские буквы, никто, наверное, не догадывается. Между тем и это ведь тоже важнейший вопрос.
Так, например, повсеместно можно увидеть, я говорю о полиграфической продукции — шрифтах для газет, книг, журналов и пр., как прописные буквы становятся как бы заглавными за счет механического увеличения и, наоборот, заглавные уменьшаются и превращаются как бы в прописные. Это нонсенс. И если бы только это! В последнее время режет глаз изменение графики отдельных армянских букв. Классическим примером можно считать превращение прописной армянской буквы с в латинское r. Очевидный ляп вошел во многие армянские гарнитуры. Таких примеров много. Неужели идем по пути унификации?
Армянский алфавит в силу различных исторических обстоятельств развивался, модернизировался не так ускоренно, как, положим, латинский и вплоть до последнего времени он сохранял свой маштоцевский образ. Однако время, конечно, диктует свои условия игры, действительно, прошло 1600 лет и нужны некоторые изменения в графике букв. Но только и только на научной основе, в пределах логики и здравого смысла, в рамках маштоцевской концепции алфавита. К сожалению, “реформаторы”, занявшиеся проектированием модернизированного алфавита, почему-то этого не учли. Так, я насчитал до шести взаимоисключающих вариантов буквы Р. В некоторых гарнитурах стало трудно отличить буквы к, Ш, І,  а также а и и — они имеют очень тонкие деликатные отличия, и в текстах это создает трудности при чтении. В последнее время стали чрезвычайно похожи ж, ј, Т, в, что опять же сделало их нелегкими для восприятия, создает путаницу. Иначе говоря, вместо того чтобы максимально подчеркнуть разницу между этими буквами, сделать ее более зримой, авторы гарнитур свели их к малозаметному минимуму. Таким образом, нарушена графическая логика месроповских букв — нашего общенационального богатства. Между тем это сложнейшее научно-дизайнерское дело. Сегодня над совершенствованием латинского алфавита, казалось, и так чрезвычайно развитого и доведенного “до ума”, работают сотни специалистов, целые дизайнерские бюро и научные учреждения. Когда главный авиаперевозчик Нидерландов задался целью модернизировать три буквы KLM — основу своей эмблемы для более органичного написания на фюзеляжах самолетов, то целому дизайнбюро из семи человек пришлось работать полгода! Вот как важен шрифт. Процесс идет беспрерывный, шрифт стараются сделать более удобным, ведь в век ускорения абсолютно всех процессов у людей крайне мало времени для информационного восприятия действительности.
К сожалению, у нас нет контроля за тем, кто и что делает в области разработки новых армянских шрифтов. В итоге интернет полон гарнитур низкого эстетического качества, которое особенно явственно проявляется в печатном варианте. Ведь одно дело — шрифт на светящемся мониторе, другое — на бумаге. Поневоле возникает мысль, что делом занимаются не профессионалы, а любители-дилетанты. Но ведь шрифт создать или модернизировать — не пирожки печь. Пирожок, приготовленный любителем, вызовет тошноту, и только. А вот любительский шрифт — это надолго.
Можно сказать, что в нашем шрифтовом хозяйстве в известной степени царит хаос. Так мы понемногу разбрасываемся своим национальным богатством. Коверкаем часть своей культуры, не хочу сказать, что злонамеренно, но явно по незнанию. Механическое заимствование зарубежных образцов, коих навалом, — метод скорый, но неправый. Мы подошли к некоторой черте, за которую ступить уже не имеем права. Ситуация такова, что не осталось специалистов по шрифту, да и откуда им взяться, если даже в Художественной академии шрифт изучают недолго и поэтому весьма поверхностно. Если сказать жестче, и задачи иметь таких специалистов нет. Необходимо, чтобы Министерство культуры и Министерство образования и науки обязательно занялись решением нелегкой задачи. А пока перспективы армянского шрифта сегодня туманно-безрадостны. Не за горами 500-летие армянского книгопечатания…”