Нам бы профсоюзы взять и отменить?

Архив 201103/05/2011

В этом году Первомай отшумел как-то незаметно. Видимо, плохая погода не способствовала массовым гуляньям и всеобщему веселью. Впрочем, и городские власти на сей раз отнеслись к этой дате без особого энтузиазма. Из наиболее запоминающихся мероприятий, пожалуй, можно отметить шествие армянских коммунистов к площади Шаумяна. Да, и еще: премьер-министр наградил медалями семерых предпринимателей. Хотя какое отношение этот праздник, изначально придуманный как день борьбы трудящихся за свои права, имеет отношение к преуспевающим бизнесменам, непонятно…

Ну да ладно… Тем более что сами трудящиеся как-то не очень о своих правах и беспокоятся. По словам председателя Республиканского союза профессиональных организаций работников здравоохранения Гаяне АРМАГАНОВОЙ, большая часть населения понятия не имеет о том, что им, грубо говоря, можно, а что нет.
— Единственным советчиком в плане просвещения для них могут стать профсоюзы, которые были, есть и, надеюсь, будут. За 70 лет советской власти в сознании людей укоренился стереотип о том, что профсоюз — это сплошные социальные блага: путевки в санатории, квартиры, мебель… До сих пор люди вроде грамотные, образованные звонят и жалуются: мол, а что вы нам даете? Мы даже путевку от вас не можем получить. На самом деле основная наша забота — защита прав трудящихся. Работник, который не уверен в завтрашнем дне, не может защищаться. Чуть только он попытается что-то сделать или высказаться, тут же подпадет под увольнение.
— Вы имеете в виду договора?
— Их в том числе. Тема договоров вообще сложная, неоднозначная. Особенно это касается годичных договоров, заключение которых противозаконно и разрешается законом только в особых случаях. Это такое нарушение прав человека, с которым мириться просто нельзя, и наша задача информировать, объяснять… Но вопрос в том, что не подписывать должны все. А когда большинство, боясь потерять работу, тихо-молча подписывает, единицы изменить ничего не могут.
— А профсоюзы тогда на что? Или к ним нет доверия?
— Доверия к профсоюзам сегодня действительно нет, а все потому, что в их руках нет никаких практических рычагов давления на работодателя. Опять же у трудящихся нет гарантии, что если даже профсоюз возьмется защищать их, то в судебно-правовых инстанциях их дело закончится победой. В большинстве случаев все происходит с точностью до наоборот. Вот к нам обращался человек, которого незаконно уволили с работы. Он ни в какую не хочет обращаться в местные инстанции и собирается подавать дела в Европейский суд по правам человека. Даже к омбудсмену не желает обращаться, потому что не верит. Он прекрасно понимает, что процесс этот долгосрочный и отнюдь недешевый, но все равно собирается искать правду за границей. Конечно, бывают исключения, но очень редко. Поэтому чаще всего мы придерживаемся тактики: если не уверен до конца, что справишься, то лучше и не затевать и не играть с собственным авторитетом… Мы нуждаемся в поддержке именно самих трудящихся — чтобы защищать их права, нам нужна доказательная основа. Увы, люди боятся говорить. Бывает, звонят, рассказывают свою историю, а озвучить конкретные имена-фамилии, название учреждения отказываются. В подобной ситуации мы ничего для них сделать не можем — они должны обеспечить нам тыл…
— А в западных странах именно профсоюз является тылом трудящихся, а не наоборот…
— Институт профсоюзов в Европе в отличие от нашего действительно состоялся. Там денежные поступления на развлечения не расходуются, а концентрируются в общем котле и распределяются на самое необходимое — на оплату рабочих дней забастовщиков, например. Mы в этой сфере не имеем ни навыков, ни опыта: в советские времена ведь получали все на блюдечке и за столько лет так и не поняли, каковы функции этой структуры. Сейчас как бы начинаем работу с нуля, опираясь в своих действиях на Трудовой кодекс, который, кстати, очень неплохо выписан, другое дело, что, как и многие другие законы, работает не в полную силу. Чтобы заинтересовать людей, понять их самосознание, мы проводим для них образовательные программы, семинары, тренинги.
— А на какие средства проводятся подобные мероприятия?
— Мы существуем за счет профсоюзных взносов и небольшой помощи международных организаций. Но это все мизер. Нужен финансовый толчок, чтобы профсоюзы воспряли и люди поверили в них.
— Среди статей, по которым нарушаются права трудящихся, вы упомянули контракты… А другие, так сказать, нормативы?
— Среди прочих актуальных в этой сфере вопросов — оплата сверхурочной работы и работы в ночные часы. Когда-то была установлена планка: за вредную работу — 50%, за особо вредную — 100% надбавки. Такой порядок действовал более 6-7 лет и выдавали ее полностью очень редко — финансы не позволяли. По мне так, когда закон есть и он не выполняется полностью — это хуже, чем когда его нет вовсе. В декабре законодательство поменяли: во вредных — 30%, а в особо вредных — 50%, однако высшую планку не установили, сказав, что пусть работники сами требуют сколько хотят — кто им мешает? Мы опять-таки готовы требовать, только без поддержки на местах ничего не получится. Знаете, у меня даже есть пример того, как руководитель одного из учреждений постановил, естественно, путем голосования подчиненных и вовсе отказаться от услуг профсоюза. Он избавил себя от головной боли, но временно — рано или поздно самосознание в людях проснется и они вспомнят о нас…