Нагорный Карабах в системе ближневосточной рулетки

Архив 201731/01/2017

Достанут ли Азербайджан грузинские исторические грабли

Кандидат на пост госсекретаря США Рекс Тиллерсон в ходе слушаний в Сенате, касаясь карабахского конфликта, заявил, что «будет работать с правительствами Армении и Азербайджана для нахождения мирного, долгосрочного решения, которое позволит обеспечить стабильность и процветание в регионе».

При этом «первым шагом для установления мира в регионе должно стать достижение доверия и гарантий, чтобы соглашения между сторонами соблюдались», а на вопрос о том, «что сделают США, чтобы снять блокаду Армении со стороны Турции», Тиллерсон ответил, что «намерен поддерживать нормализацию отношений между Арменией и Турцией». Однако по названным Тиллерсоном позициям ситуация остается неопределенной. Венские и санкт-петербургские соглашения о введении на линии соприкосновения системы мониторинга и института международных наблюдателей недееспособны потому, что под ними нет подписи Баку. Для установления «мира, доверия и гарантий» не сделано ровным счетом ничего. Что же касается вопроса нормализации отношений между Арменией и Турцией, то для привязки этого вопроса к проблемам урегулирования карабахского конфликта упущено время.

Если Турция и пойдет на ратификацию Цюрихских протоколов, то по совершенно иным соображениям. Даже если и удастся достигнуть победы над ИГИЛ, над Турцией будет висеть сирийский вопрос и проблема курдов. При таком положении у Анкары есть шанс быть приглашенной (правда, далеко не факт) к участию в процессе урегулирования карабахского конфликта, но никак не в лидирующей роли. В то же время, когда по ходу апрельской войны Россия оказалась единственной страной Минской группы ОБСЕ, выступившей с посредническими усилиями для прекращения столкновений, Баку, отказываясь подписывать санкт-петербургское соглашение, а затем и сорвав предполагаемый саммит лидеров Азербайджана и Армении, предпринял усилия для нейтрализации усиливающейся роли России в регионе. Поэтому заявление главы МИД России Сергея Лаврова о том, что карабахский конфликт уже давно стал не только внутренним делом Азербайджана, воспринимается как реакция Москвы на политику Баку, констатацией того, что Азербайджан утратил суверенитет над Нагорным Карабахом и проблема давно находится в международной плоскости со своим набором правил по механизмам урегулирования конфликта.

В свое время, в феврале 2006 года, будучи с визитом в Баку президент России Владимир Путин сделал ряд заявлений, касающихся Грузии. Он, в частности, подчеркнул, что «критикуя СССР, пусть даже правильно критикуя, нельзя наступать на те же самые грабли». Грузия в августе 2008 года наступила на эти грабли, а Азербайджан с них так и не слез. Как считают эксперты, «практически все позиции, сценарии, варианты оговорены бесчисленное число раз, причем ни США, ни Россия, ни Франция, как посредники, не имеют никаких расхождений по известным всем «Мадридским принципам», в которых прописано, наряду с освобождением некоторых районов Азербайджана, и проведение референдума и определение статуса Нагорного Карабаха. При этом сама логика этого документа предусматривает введение в переговорный процесс Степанакерта, чему активно противится Азербайджан. Более того, все его попытки разыграть в своих интересах «карту» российско-американского противостояния, выйти на решение проблемы по своему сценарию через энергетические проекты провалились.

Изменит ли такую ситуацию новая администрация Трампа? По нашим наблюдениям, в Закавказье только Азербайджан и Грузия выражают заметное беспокойство по поводу региональной политики нового президента США. Сейчас, если мыслить аналогиями, то Баку и Ереван будут действовать, руководствуясь ходом конкретных геополитических событий, которые — бесспорно — затронут в первую очередь соседний Ближний Восток.

Состоялась телефонная беседа президента России Владимира Путина и президента США Трампа. Москва официально квалифицировала эти переговоры как позитивные и сообщила, что стороны обсуждали борьбу с терроризмом, сирийский конфликт, ситуацию в Украине, положение дел на Ближнем Востоке, арабо-израильский конфликт, сферу стратегической стабильности и нераспространения, ситуацию вокруг иранской ядерной программы и Корейского полуострова. Как видим, карабахского конфликта в этом перечне нет. Чуть ранее президент Трамп уже поручил министру обороны Джеймсу Мэттису разработать в течение 30 дней план по борьбе с ИГИЛ, который будет предусматривать поиск новых союзников для коалиции во главе с США. В Белом доме заявили о готовности к совместным действиям с Россией и готовности сотрудничать с любой страной, которая разделяет такие цели. Пресс-служба Кремля уточнила, что главы двух государств «высказались за налаживание реальной координации российских и американских действий с целью разгрома ИГИЛ». Но тут есть интрига.

Дело в том, что в настоящее время США уже возглавляют состоящую из более чем 60 стран международную коалицию по борьбе с ИГИЛ, есть исламская коалиция, возглавляемая Саудовской Аравией, а также альянс Россия — Турция — Иран. Причем Турция, как и ряд других стран Ближнего Востока, состоит во всех коалициях и альянсах. О каких новых альянсах ведут речь в Вашингтоне? В этой связи некоторые эксперты указывают на недавний визит в Азербайджан премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху, последствием которого может стать треугольник США — Израиль — Азербайджан, который может проецировать свое влияние и на карабахский конфликт. Но это явно вызовет ответную реакцию со стороны другого треугольника — Россия — Армения — Иран. В то же время, похоже, Трамп намерен «более активно вмешаться в конфликт в Сирии», создать там так называемую «охраняемую зону», и даже, возможно, пошлет американские наземные войска. Анкара, ратовавшая ранее о таких «зонах», отреагировала сдержанно, опасаясь, что США вместе с Израилем поддержат в Сирии курдов. Такой ход событий оттолкнет Турцию от Азербайджана, как союзника Израиля, стимулирует ее дрейф в сторону Ирана, у которого уже намечаются проблемы в отношениях с США, будет укреплять отношения с Россией. При таком раскладе нельзя исключать процесса нормализации отношений между Турцией и Арменией, о чем говорил Рекс Тиллерсон. Но как будут в реальности соотноситься планы США с задачами и целями России в Закавказье и на Ближнем Востоке, говорить пока сложно. Урегулирование американо-иранских отношений и дальнейшее сближение позиций и сочетание интересов США и Ирана, наоборот, может вести к снижению значимости Турции и Азербайджана для геополитических позиций и задач Запада. В этом «котле» и будет решаться судьба Карабаха. Впереди всех ждет очень сложная игра.

ИА РЕГНУМ,

Станислав ТАРАСОВ