На экспорт — рожки, на импорт — ножки

Архив 201011/02/2010

С 1 января в России введены санитарные нормы, запрещающие ввоз мяса птицы, обработанного хлором.

Это решение сильнее всего ударило по американским экспортерам пресловутых “ножек Буша”, для которых обширный потребительский рынок России был особенно предпочтителен. “Куриные окорочка содержат слишком много хлора и не соответствуют санитарным нормам”, — заявил главный санитарный врач России Геннадий Онищенко. В Армении в свое время “ножки Буша” наряду с сигом были самым главным мясным компонентом в рационе питания, да и сегодня многие наши сограждане охотно употребляют этот “президентский деликатес”, как его назвали некоторые СМИ. Тем не менее о ситуации в России мы хоть и наслышаны, но, судя по всему, всерьез к ней не отнеслись.

Начальник Госинспекции по безопасности продуктов питания и ветеринарии МСХ Гриша Багян призвал не верить слухам о том, что “ножки Буша” не соответствуют ряду показателей, и поэтому их можно спокойно покупать и потреблять.
В свете этого странного высказывания выходит, что официальные санкции на запрет, введенные в России, всего лишь “слухи”, а заявление главного санитарного врача — “толки”. С присущим ему оптимизмом г-н Багян призвал население не беспокоиться, поскольку импортированные из США куриные ножки опасности для здоровья не представляют.
Между тем цифры, приведенные Роспотребнадзором, дают серьезный повод для тревоги. Так, если допустимая норма хлора в растворе, которым обрабатывались окорочка, в расчете на 1 куб.м составляет 50 мг, то в “ножках Буша”, поставляемых на экспорт, она превышает допустимую как минимум в 4 раза.
В странах Евросоюза, уже давно признав, что хлор придает мясу вредные свойства, ввели допустимую норму его содержания и изгнали пресловутые “ножки Буша” с европейских прилавков. Россия, осознав опасность, последовала этому примеру, что, конечно, очень не понравилось американским экспортерам, теряющим выгодный рынок и несущим огромные потери, которые, по примерным расчетам, оценивают в $450 млн. Исходя из этого можно вполне предположить, что изгнанная с других рынков эта “персона нон грата” начнет с еще большей энергией оккупировать другие рынки, где защита слабее, где коммерческий интерес превышает социальную озабоченность здоровьем населения, где народ в большинстве своем малоимущий, не готов платить за качество и руководствуется принципом “не до жиру, быть бы живу” и где, наконец, собственная продукция в силу целого ряда в том числе и субъективных причин сильно опережает в цене импортную.
К сожалению, мы одна из таких стран. И тем опаснее благодушные заявления чиновников, призванных блюсти безопасность нашего пищевого рынка. Однако если следовать их заключениям и рекомендациям, то получается, что, “черпая” куриную продукцию из одного источника, Россия проявляет озабоченность и обеспокоенность, вводя запретительные санкции, а мы, напротив, храним полное спокойствие и обнадеживаем население на предмет абсолютной безопасности “ножек Буша”.
Так, начальник отдела безопасности
 пищевых продуктов Госинспекции по ветеринарии Артур Варжапетян, отвечая на вопрос о том, какова ситуация в Армении с птичьим мясом в свете того, что Россия запретила ввоз “ножек Буша” из-за большого содержания хлора в них, ответил, несколько уклонившись от сути заданного вопроса. В Армению, мол, в основном ввозятся ножки из Бразилии и наши исследования не выявили в них ничего опасного.
С Бразилией все ясно, но ведь г-на Варжапетяна спрашивали не о ней, а об американских “ножках Буша”, которые продолжают завозить в Армению в достаточном количестве. Вопрос повторили, и тогда главный страж нашей пищевой безопасности был вынужден заявить: “Так как получен подобный сигнал из России, с сегодняшнего дня мы начнем также исследования на предмет содержания хлора в птичьем мясе”.
А если бы сигнал из России не поступил? — кстати, он поступил не сегодня, а еще год назад. Да и в Европе уже давно прозвучали эти сигналы. А в Армении так бы и дожидались “подсказки” и продолжали кормить нас хлорированными ножками, и дело не только в хлоре. По мнению многих авторитетных специалистов, американские производители экспортируют “ножки Буша” в огромных количествах, потому что местное население их избегает из-за переизбытка холестерина. Белое диетическое мясо, пользующееся широким спросом, оставляют для внутреннего потребления, а “холестерин”, провоцирующий ожирение и сердечно-сосудистые заболевания, экспортируют, в том числе и нам.
Генеральный директор по птицеводству компании “Макс концерн” Грачья Багратян в одном из интервью заявил следующее: “Я не раз был свидетелем того, как “ножки Буша” обрабатывались самыми разными средствами, утверждают, что при импорте через Иран, даже формалином, что очень опасно для здоровья. По-моему, ввозится старое, даже просроченное мясо и к тому же с сомнительным режимом хранения. Только социальные проблемы толкают людей на покупку сравнительно дешевого, но часто опасного для здоровья продукта. Эти вопросы должно регулировать государство. Должны эффективно работать государственные органы по ветеринарии, сертификации, контролю”.
Г-н Багратян не одинок в этом мнении. Однако, несмотря на это, верится с трудом, что, осознав всю опасность злополучных ножек, мы последуем примеру европейских стран и России, предпримем жесткие меры, перекрыв им доступ в нашу страну, и тем самым ощутимо ударим по процветающему бизнесу наших влиятельных импортеров.
Что же касается населения, то оно, видимо, еще долго будет отдавать предпочтение “ножкам Буша”, потому что они почти вдвое дешевле собственной продукции. Почему же до сих пор отечественный продукт дороже импортного — это один из самых актуальных вопросов нашей экономики.
По словам уже цитируемого выше Грачья Багратяна, проблема заключается в отсутствии финансовых возможностей для закупа необходимых кормовых ингредиентов и современного оборудования для производства высококачественных кормов. Если добавить к этому очень дорогие тарифы на транспортные перевозки, то станет ясно, почему наша собственная продукция гораздо дороже импортной. Только для нужд птицеводства требуется 100-120 тысяч тонн комбинированных кормов, 90 тысяч из которых — зерновые и белковые корма, и все это закупается за рубежом. Трудно найти средства и на модернизацию технологии, поэтому используется оборудование 30-40-летней давности.
Остро стоит и проблема заемных средств, поскольку банковская система в Армении пока недостаточно развита. Таким образом, предприниматель, по сути, остается один на один со своими проблемами, вынужденный решать их на свой страх и риск, который в условиях нестабильности цен и непредсказуемости рынка достаточно высок. Так что, судя по всему, “ножкам Буша” еще долго “топать” по нашим прилавкам. Во всяком случае до тех пор, пока стабильные доходы не позволят населению отдавать предпочтение качественной, но дорогой отечественной курятине. И еще до тех пор, пока государство не повернется лицом к местному производителю и не создаст самые благоприятные условия для развития, процветания и, главное, удешевления его производства.

Если в отношении куриного мяса общественность озабочена проблемами ввоза, то в отношении мелкого рогатого скота, а точнее — овец и баранов — проблемами их вывоза.
К концу 80-х годов в колхозах и совхозах Армении содержалось 2-2,5 млн голов овец и баранов. Разводили их охотно, поскольку эта отрасль животноводства считается очень доходной — отары 8 месяцев в году находятся на пастбищном содержании, так что, можно сказать, кормят себя сами. При этом они дают не только отличного вкуса мясо, но и молоко, из которого готовят великолепные сыры, и отменную шерсть, из которой выделывались знаменитые ковры.
После развала общественных хозяйств и бездарно проведенной приватизации отары были раздроблены, растасканы, из-за отсутствия угодий, тоже приватизированных, овцы лишились нормального корма, многие из них погибли, а поголовье сократилось более чем вдвое.
К началу 2000-х годов в Армении насчитывалось чуть больше 500 тысяч голов, и выпасом их в основном занимались езиды в Арагацотнском и Котайкском марзах. Тем не менее баранина продавалась на местных рынках по вполне сносной цене, сторговавшись с владельцем, ее можно было купить за 1500-1600 драмов за кг.
Однако в последнее время цена на это мясо сильно подскочила, достигнув 4000 драмов. Причина заключалась в массовом вывозе отар за пределы страны — в Иран, Турцию, Эмираты. Причем вывозилось (и, как утверждают, продолжает вывозиться) преимущественно маточное поголовье, что, в сущности, лишает отечественное овцеводство всяких перспектив.
По словам члена Национального совета езидов Омара Мамояна, в прошлом году из страны в течение 3-4 месяцев было вывезено 145 тысяч голов овец, а вместо них из Грузии ввезли 17300 голов. На вопрос о том, почему же владельцы отар соглашаются продавать своих овец, Мамоян ответил: “Мы против вывоза за рубеж, но если вам предлагают высокую цену, вы не согласитесь?”
Однако главный животновод страны, начальник отдела скотоводства Минсельхоза Ашот Ованесян решительно ни в чем не соглашался со своим оппонентом. Более того, по его словам выходило, что овцеводство в Армении в центре внимания ведомства, что поголовье в течение ближайших двух-трех лет будет стабильно расти и уже к 2020 году достигнет 1,5 млн голов.
Трудно сказать, останется ли г-н Ованесян в своем кресле к названному сроку, так что вряд ли ему придется держать ответ за свои посулы. Но Омара Мамояна они возмутили настолько, что он поспешно покинул зал, где проходила пресс-конференция, назвав всю приведенную статистику ложной.
В самом деле, что же происходит? Потребители возмущены возросшими почти втрое ценами на баранину, общественность и СМИ выражают тревогу по поводу массового вывоза маточного поголовья в мусульманские страны. По сути, идет оголтелый, циничный, наплевательский на все и вся разгром отрасли, которая в последнее время наконец стала медленно подниматься на ноги. Армения, которая всегда славилась отменным овцеводством, сегодня стоит на грани полного уничтожения этой доходнейшей отрасли животноводства.
А чиновники, прежде всего ответственные за это, вместо того чтобы внятно, предметно объяснить, что же наконец происходит, рассеять или подтвердить сомнения, вдруг начинают рассказывать о какой-то гипотетической программе будущего процветания овцеводства, которая уже обсуждается в правительстве. Между тем если правительство всерьез озабочено этой проблемой, то начинать это обсуждение надо не с того, что будет с овцеводством в далеком 2020 году, а с того, что происходит с ним сейчас. И начать этот разговор должен никто иной как член кабинета — министр сельского хозяйства Герасим Алавердян. Вместо этого г-н Алавердян с присущим всем его коллегам благодушием и оптимизмом заявил, что из Армении выведено “всего-то” 117 тыс. голов, зато 560 тысяч осталось!
С этой министерской статистикой категорически не согласен президент Всемирного национального союза езидов Азиз Тамоян. “Только из села Зовуни Котайкского марза вывезено 30 тысяч голов овец, осталось всего 3 тысячи. Многие езиды, лишившись стабильного заработка, покинули страну. Остальные живут только за счет трансфертов”.
По мнению многих экспертов, от имеющегося в Армении поголовья после массового их “исхода” в “мусульманское зарубежье” реально осталось 10%, т.е. то критическое количество, из которого при всем желании за 10 лет никак нельзя вырастить обещанные 1,5 млн.
Но даже если допустить, что вывезено “всего-то” 117 тыс., то и тогда этот бизнес оказывается чрезвычайно прибыльным, а из “овечьего источника” черпаются огромные барыши.
По словам сельчан, если одну голову у них закупали за 38 тысяч драмов, то продавали ее же уже за 80 тысяч. Более чем двойная чистая прибыль на каждой голове, а их “всего” 117 тысяч.
Кто стал владельцем этих капиталов, не уточняется, хотя досужая молва и некоторые СМИ уже давно сделали тайное явным. Но дело не в имени, а в том, что в очередной раз большие деньги миновали казну, которая по причине своего хронического дефицита никак и ничем не может поддержать фермерские хозяйства. Именно поэтому, оставшись наедине со своими многочисленными сложными проблемами, они попадают в полную зависимость от тех, кто наживается на их труде, скупая у них оптом и в розницу скот, земельные участки, пасеки и прочее крестьянское добро.
Какова во всем этом беспределе роль аграрного ведомств, где все эти годы не меняется ничего, кроме министров? Почему, как справедливо заметил Омар Мамоян, до сих пор не введены квоты на вывоз скота за рубеж? Добавим к этому, почему само государство в лице Минсельхоза не взяло на себя закуп скота у населения с последующей выгодной его продажей в разумных пределах и тем самым не обогатило казну?
А ведь могут, если захотят! Как сообщил Герасим Алавердян, Армения будет экспортировать в Иран, куда уже ушла большая часть поголовья овец, на сей раз крупный рогатый скот. “На данный момент мы уже получили заявку со стороны службы пищевой безопасности Ирана, с которой ведутся переговоры по качеству, цене и объемам поставок”, — порадовал собравшихся очередной утечкой живности из страны главный ее аграрий. Между тем ни для кого не секрет, что основные доходы аграрного сектора прямиком идут в карманы нескольких воротил отечественного бизнеса.
И в свете этого все прекраснодушные заверения чиновников вообще ничего не стоят. Начальник отдела скотоводства заявил, что “пресса распространяет беспочвенное беспокойство”. Между тем беспокоиться о судьбе сельского хозяйства положено прежде всего аграрному ведомству и лично ему — г-ну Ованесяну. А если наше беспокойство беспочвенно — рассейте его, если можете. Но не “беспочвенными” обещаниями, а конкретными цифрами, фактами и именами.