Мы, значит, армяне?

Архив 201013/02/2010

Роман современного российского писателя Николая Климонтовича с замысловатым названием “Мы, значит, армяне, а вы на гобое” вышел более шести лет назад, однако в руки автора данной статьи он попал недавно. Попал и неприятно удивил.

Герой романа Гобоист — мятущийся интеллигент советской ковки. Даже инструмент, на котором он играет, подчеркивает его непричастность к миру простых истин. Гобой — это вам, знаете ли, не балалайка. Гобоисту под пятьдесят, в свое время он был известным музыкантом и гастролировал по всему миру. Но, так и не сумев вписаться в новые времена, выброшен на обочину жизни. Воплощением всего чуждого, примитивного и пошлого становятся для него… армяне, точнее, армянская семья, проживающая по соседству. Неясно, почему именно армяне удостоились особого отношения Климонтовича. Или писатель к нам “такую личную неприязнь испытывает, что кушать не может”? Может быть, Климонтовича в далеком детстве избили армянские мальчишки? Может, в не столь далекой юности отказала армянская девушка? Во всяком случае Климонтович дает откровенно шаржированную картину быта московских армян, начиная с фамилии членов семейства — Долманян (ясно, что от названия национального блюда). Некоторые строки романа прямо указывают на авторскую позицию. “Казалось, лучшие представители московской армянской диаспоры прибыли в этот день в коттедж, торчавший посреди затерянного на краю престижного Одинцовского района рабочего поселка. Поселяне только рты разевали на черных грузных задастых коротконогих баб в бархате и гипюре с бриллиантами, на черных же мужиков в шелковых костюмах и золотых цепях на груди — толщиной в женское запястье.(…)
— Артур сказал, в культур-мультур работаешь?
Гобоист обернулся. Перед ним стоял тот, в золотых цепях, цеховик-кондитер, то ли Арсен, то ли Армен. Карен — вот как. Скалился во весь рот, сверкая золотыми коронками.(…) У армян были все златозубые ашоты, карены, арсены, оганезы, в глазах рябило”.
Действие романа сосредоточено в подмосковном коттедже на четыре семьи. Его обитатели — “лица кавказской национальности”, военный летчик, милиционер-буддист и сам Гобоист. Трех последних объединяет неприязнь и даже ненависть к армянским соседям.
“У них там алжирцы подвальщиками при французах, марокканцы апельсинами торгуют, латиносы башмаки чистят, африканцы вообще без штанов — рэп поют. А у нас — русские им, черным, услуживают. А они, рассеявшись по всей стране, нас же и презирают за то, что у нас денег нет. Они даже наших русских братков придавили — так, оставили им по рынку на окраинах… Это как понимать? Нет, я их всех в вагон погрузил бы, как Сталин сделал, и на Колыму…
И просвещенный Гобоист сейчас почувствовал некоторое сочувствие к словам милиционера: нет, Колыма — это слишком, но то, что кавказцы, скажем, занимаются по всей России отнюдь не легальным бизнесом — тоже очевидно, при этом утесняя и развращая русское население”.
Но здесь происходит то, что часто происходит с по-настоящему талантливыми произведениями. Роман Климонтовича вырывается из-под пера автора, желавшего сказать одно, а вышло совсем другое. Симпатию морально здорового читателя вызывает не страдающий комплексом неполноценности вечно пьяный милиционер Птицын, не отправившая собственных детей в интернат Жанна, не эгоистичный и вяло рефлексирующий Гобоист, не гомосексуалист с именем Свиногор, а именно армянская семья — носительница твердых нравственных и семейных ценностей. Мотивация всех действий главы семьи Артура в одной фразе — “у меня дети”. Даже старуха, старейшая в роду, будучи русской по рождению, принимает армянский уклад жизни как единственно верный. Это она произносит коронную фразу, ставшую заглавием романа.
Господин Климонтович забывает, что армяне — это не только прилавок, золотые зубы и сильный акцент. Многие наши соотечественники в той или иной мере определяли и определяют вектор развития в различных областях российской культуры. Ну и, в конце концов, Чехов и Есенин в молодые годы тоже за прилавком простаивали.

В одной из своих публикаций в “Независимой газете” Климонтович произносит следующие слова: “Одни армяне нас (русских — авт.) еще привечают, но и это, должно быть, в пику грузинам”. Да нет, не в пику грузинам, а по велению сердца. Армяне всегда испытывали уважение, симпатию и признательность к русскому народу, который в трудные для нашей страны минуты был рядом. И продолжают испытывать, несмотря ни на что, включая роман Климонтовича.