Мой “жидкий друг”

Архив 201430/09/2014

В России 11 сентября отметили сразу два “народных” праздника — День граненого стакана и День трезвости

 

“Мы пьем в меру”, —

сказал Джавахарлал Неру;

“Мы пьем для аппетита”, —

ответил ему Броз Тито;

“А мы пьем сыто!”, —

смеется Хрущев Никита”.

Народное творчество

 

В 1865 году великий химик Дмитрий Менделеев защитил свою знаменитую докторскую диссертацию “О соединении спирта с водою”. Ученому удалось найти самый оптимальный вариант такого соединения, и русская водка быстро обогнала по популярности аналогичные изделия поляков и шведов.

 

Российские СМИ 11 сентября порезвились на славу, опубликовав массу забавных историй, связанных с любимым напитком миллионов. Вот лишь некоторые заголовки таких новостей. “Омич два часа пил с мертвым собутыльником”; “Пьяный житель укусил фельдшера скорой помощи”; “Операция по поимке медвежат: зверей пытались загнать на деревья, поили водкой, но так и не смогли поймать”; “Пьяный россиянин вырвался из больницы на Пхукете при помощи огнетушителя”; “Петербуржец пытался тушить пожар водкой (видео с потерпевшим)”; “Пьяный житель Серова разбил алкотестер и съел документы об экспертизе”; “Пьяному приезжему не дали утопиться в Москве-реке, но он успел избить спасателей”; “Попугай сдал полиции своего пьяного хозяина”; “Слоны-погорельцы в Сибири выпили два ящика водки”.

Весело и смешно, что и говорить. Да и почему бы не повеселиться, если еще тысячу лет назад великий киевский князь Владимир, выбирая государственную религию для своей державы и испытывая немалые колебания между христианством и исламом, произнес историческую фразу: “Руси есть веселье пити, значит, так тому и быти”. Это надолго предопределило траекторию развития страны, причем — отнюдь не только геополитическую.

Во все времена отношение властей предержащих к водке было двойственным. С одной стороны, государственная монополия на “проклятую” позволяла без труда пополнять госказну. Долгие века водка играла в бюджете такую же роль, как ныне — нефть и газ. Неумеренному потреблению легко нашли оправдание: климат холодный, как же не “принять для согрева!” (Действительно, если даже слоны — и те…). Однако повальное пьянство подрывало основы хозяйственной жизни, потому что народ спивался целыми губерниями. Впервые Россия ввела “сухой закон” в годы Первой мировой войны, но затем, во время войны Гражданской, жаждущие “оторвались”, что называется, “по полной”. Случалось, перепившиеся белые и красные топили в цистернах со спиртом политических оппонентов, и по тем временам это была еще не самая худшая казнь. Советская власть поступила мудрее. Во время Отечественной войны “сухой закон” действовал в тылу, а вот на фронте боевой дух солдат поднимали ежедневные “наркомовские 100 граммов”. Потом начались “великие стройки коммунизма”, типа Братской ГЭС и БАМа, а денег, как всегда, не хватало, и случалось, что зарплату строителям светлого будущего выдавали ящиками водки. На излете советских времен стало ясно, что водка подрывает демографический фундамент империи: число русского населения неуклонно падало. Горбачевская борьба с пьянством, как и многие инициативы того времени, выродилась в фарс. Как только цены на водку стали увеличиваться, в стране распространилось подпольное самогоноварение, а спекуляция достигла невиданных масштабов. 10-рублевую бутылку “Столичной” можно было после закрытия магазинов легко приобрести у любого таксиста за 25 рублей. По тем временам — большие деньги. Но ведь платили же страждущие! А на местах в это время давили бульдозерами вековые виноградники…

После крушения империи и отмены госмонополии на спиртные напитки пьянство приобрело гомерические масштабы, продолжительность жизни в стране стала резко снижаться. Теперь вот Россия переживает очередной виток борьбы с водкой. “Сухого закона” нет, однако цены растут не по дням, а по часам. Самая дешевая “нормальная” водка стоит не меньше 350 рублей (а это, заметим, 10 долларов), а вскоре будет стоить и все 500. Да только эту “нормальную” покупают мало и неохотно, особенно в провинции. Денег нет, но пить-то надо! И вновь, несмотря на все запреты, употребляют дешевую “паленку”, варят самогон, не забывают и о всяческих денатуратах… Потому борьба за здоровый образ жизни и пополнение бюджета опять начинает оборачиваться своей противоположностью. И что с этим делать — ни один эксперт, ни один политик не знает. Говорят массу правильных слов, а в глазах — растерянность.

У нас до повального пьянства далеко, хотя потреблять стали явно больше. Стоит наша местная пшеничная водка намного дешевле российской. Правда, она и хуже. Впрочем, для людей, стремящихся забыться в алкогольном дурмане, это значения не имеет, главное — оторваться от постылой действительности, чему сильно помогает “жидкий друг”. Очень важно сказать об этом сегодня, потому что завтра может быть поздно…