“Многие уверены, что снесли “хлам”, а не здание, ценное само по себе”

Архив 201617/11/2016

Взрыв, 27 октября днем рассыпавший в прах «Первую» типографию на ул.Анрапетутян, 65, вызвал, как всегда, ажиотаж у ереванцев. Также разрывались от негодования соцсети. Общественное возмущение остыло, как только осела пыль и техника стала разгребать останки здания, знакового для столицы и всей страны.

 

 

Первым резко среагировало правительство. Премьер Карен Карапетян справедливо вопрошал: «Это что для вас, полигон, что ли?» и распорядился сурово покарать подрывников из компании «Нортехшин». Опытные ребята: обошлось без жертв. Хорошо еще, что для уничтожения здания не использовали дрон. «Складывается впечатление, что в этом городе каждый может делать все, что взбредет в голову», — сказал К.Карапетян и не ошибся. Так оно и есть. Каждый владелец какого-либо здания может творить с ним, что взбредет в голову. Захочет — потихоньку разберет, захочет – пригонит тяжелую технику… В данном случае это не так уж и важно. Главное, что раздолбано здание, почему-то оказавшееся вне соответствующих списков. На радость людям, подобным Генику Карапетяну…… владельцу здания «Первой» типографии.

Вот об этом, к великой досаде, говорили или говорят мало. Или вовсе не говорят. Между тем уничтожено здание, имеющее историческую ценность, к тому же образец промышленной архитектуры. Построено оно было по проекту А.Таманяна и Н.Баева. Цокольный этаж – Таманяна, а выше – Баева. «Значение раннего периода в становлении современной армянской архитектуры трудно переоценить: знакомство с произведениями тех лет дает картину многоплановой, активной жизни и позволяет определить исторические перспективы каждой тенденции», — пишет доктор Лола Долуханян, единственный исследователь армянской архитектуры 1920-1930 гг. Все остальные или занимаются классикой, или же пели или поют дифирамбы нынешним мэтрам. 1920-1930-е для них неинтересны. Грубо говоря, «хлам», не делающий чести. Ведь не случайно этой архитектуры нет по большому счету ни в одном альбоме, ни в фильме, посвященном Еревану. В интернете и то нет. Почти нет.

Уничтожение этого слоя культуры началось давно, брезгливое отношение едва не культивировалось. (Так же, как и к «черным» и кирпичным домам старого Еревана.) Так что порицания и критики достойны не только городские власти, но и вся архитектурная и культурная публика, та самая, что себя не щадит, когда речь заходит об уничтожении армянских построек вне Армении.

Вот и в этот раз не очень-то было слышно архитекторов и исследователей архитектуры, людей культуры. Многие уверены, что сломали «хлам», а не здание, ценное само по себе. Трезвую оценку «Первой…» так никто не дал. Что говорить тогда о его владельце, затеявшего постройку гостиницы, которая уж точно не будет шедевром зодчества.

Большая часть вины за содеянное ложится на мэрию и градсовет. Разрешение на «демонтаж» было дано знойным летом в июле, может быть, даже в самый разгар событий в Сари тахе. Судя по всему, никто в мэрии, включая главного архитектора, не вник в ситуацию. Или вникли по-своему. Нет здания в списке памятников – и точка. Так случилось с известным рыжим домиком на Арами, 30, который год назад порушили под покровом ночи. Правда, там будет улица, но к чему было такое ночное недержание? Прошел год – улицы пока нет. Если бы разбирали жертву по камню в день, его уже можно было собрать где угодно – под кафе или лавку сувениров. Было ощущение, что мэрия урок усвоила, но, оказалось, нет. А типографию грохнули, наверное, чтобы отвязаться от опасных активистов-защитников города. А так, раз – и все. Никаких активистов и рассерженных граждан, никакой бодяги. Потому и торопились.

Но как градсовет, рассматривая проект будущей гостиницы, сделанный Арсеном Арустамяном, разрешил снести реликтовое здание? Ведь, как говорят, никто не заступился, не потребовал хотя бы отсрочки, не порекомендовал изменить проект, реконструировать типографию и, может быть, надстроить здание. Членов градсовета не смутили ни имена А.Таманяна, ни тем более Н.Баева. Если не знали, если не врубились, что это историческое здание, то, значит, градсовет состоит из архитекторов, не внушающих доверия. Отхватил коллега заказ, ну и ладно. Мешать не будем, к тому же здание не памятник. Хлам из 20-х гг. Завтра, может быть, удача улыбнется нам.

Не по этой ли схеме в 70-х гг. повергли в прах колоннаду Дворца книги (О.Маркарян, М.Мазманян, 1937), вместо которой «вписали» стандартный коробок?

А как надстроили «шахматный» дом по ул.Пароняна – знаковый проект К.Алабяна и М.Мазманяна! Как бездарно-шикарно реконструировали и облицевали камнем театр им.Станиславского – часть Клуба строителей (К.Алабян, Г.Кочар, М.Мазманян, 1928-1929). Так еще обошлись со школой им.Шаумяна (Н.Буниатян, 1928-1932). Таким же способом была уничтожена гостиница «Севан» (Н.Буниатян, 1930-1934). Недавно СМИ (на них-то вся надежда) рассказали о бедственном состоянии «Дома художника» (Г.Кочар, 1930), уникального здания, проданного частному лицу и полностью раскулаченному. Только остов остался. Это только некоторые примеры. Их, увы, очень много.

…Как вменить мэрии и ее нынешнему и будущим градсоветам, некоторым архитекторам, что в городе несколько архитектурных слоев, как объяснить, что город (любой) – это не одни только шедевры и памятники, а еще и здания, создающие среду и исторический контекст.

Давно пора, вместо того чтобы посыпать главы пеплом, заново пересмотреть эти злосчастные списки памятников Минкультуры. Дополнить их. И этим министерство должно без отлагательства заняться. Пересчитать и зафиксировать здания, которые являются, условно говоря, памятниками если не первой, то второй категории. То есть теми, которые могут быть частично реконструированы, подвергнуты капремонту и санации без искажения их первоначального образа. Во всем мире успешно практикуется именно такая модель отношения современников к наследию прошлых лет. Она у нас не прививается только потому, что все решает некий не слишком обремененный знаниями и кругозором владелец. А архитекторы – не все, но многие – вытягиваются перед ним по стойке смирно и отдают честь. Типа будет выполнено. Как в случае с типографией. А ведь из нее можно было сделать отличный музей. И даже классную винтажную гостиницу в стилистике 20-30 гг. Но это никому в голову не пришло. Ни Генику Карапетяну, ни Арсену Арустамяну, ни градсовету, ни мэрии. В результате город лишился и лишается многих своих звуков, красок и ароматов. Процесс же никто останавливать не хочет. Каждый идет своим путем.