“Милосердие — одно из свойств Бога”

Архив 201030/10/2010

Христианство в Армению стало проникать уже в I веке н.э., когда после посещения Эдессы сюда с проповедью направился апостол Фаддей. Ему удалось обратить в Христову веру многих местных жителей. В 301 году святому Григорию Просветителю удалось исцелить, а затем и обратить в христианство царя Трдата III. Вскоре христианство стало государственной религией. В 354 году состоялся первый Собор Армянской Церкви, который подтвердил приверженность Православию. В 451 году в Халкидоне состоялся Вселенский Собор, решения которого армянские богословы признавать отказались. На Двинском соборе 554 года определения Халкидонского Собора и исповедание православной веры были отвергнуты и осуждены. Так Армянская Церковь официально, хотя еще не окончательно отошла от Православия. Об этом, о положении Русской Православной Церкви в Армении и многом другом беседа корр. “НВ” со священником Свято-Покровского храма (Русской Православной Церкви) отцом Арсением ГРИГОРЯНЦЕМ.
— Отец Арсений, как вы стали священником?
— Это долгая история. Я, будучи еще студентом, интересовался духовной жизнью, осознав, что кроме материального мира существует еще некий другой мир — духовный. Мои поиски начались издалека — с восточных религий, потом постепенно я пришел к сознанию истинности христианства, крестился в Армянской церкви, был прихожанином церкви Зоравор, но мои исследования на этом не закончились — постепенно я пришел к истинности Православия. Присоединился к Православной Церкви, нес определенные церковные послушания, пел на клиросе, потом пономарил. Потом был рукоположен в дьяконы, а через год — в священники.
— Что значат для вас русская церковь и русская культура вообще?
— Здесь есть очень важный момент: христианство наднационально. По слову Апостола, во Христе нет ни иудея, ни эллина. Но тем не менее существуют поместные церкви. В армянском сознании национальная и церковная самоидентификация почти тождественны. Другими словами, быть армянином и быть членом Армянской Апостольской Церкви почти одно и тоже для армянского менталитета. Русская церковь воспринимается армянами как церковь русских. Ярким примером этого подхода на государственном уровне является Управление по делам национальных меньшинств и религии в аппарате правительства РА. Два совершенно разных вопроса рассматриваются одной структурой, следовательно, считаются очень близкими. Это национальная особенность Армении. Только у армян есть понятие “ай кристонья”, то есть армянский христианин. Вселенское Православие не знает подобного понятия. Есть поместные церкви, которые имеют свои национальные особенности, но все они исповедуют наднациональность христианства. У армян это вызывает недопонимание. Человек, воспитанный в армянской традиции, размышляет так: почему армянин в русской церкви? В русской церкви должны быть русские. Мне это видится несколько иначе: я не в церкви русских, хотя и являюсь священником Русской Православной Церкви, а в одной из 16 поместных церквей Вселенского Православия, куда входят и русская, и грузинская, и греческая, и сербская, и американская, и японская Православная Церковь… Армянская церковь — это церковь армян: было даже церковное правило, запрещавшее рукоположение в священники неармян. Таких правил во Вселенском Православии просто быть не может.
Я ощущаю себя армянином, несмотря на то что, получив русское образование, фактически воспитан на русской культурной традиции и думаю по-русски. В Армении я уже 22 года, и эта земля стала мне родной. Не собираюсь никуда уезжать отсюда. Скажите мне, кто больше армянин, тот кто получил армянское образование, но хочет жить, учиться работать в Европе, Америке или России, или тот кто пишет по-армянски с ошибками, но хочет закончить свои дни здесь, в Армении? Видимо, есть такая группа — “русские армяне” — армяне по национальности, воспитанные на русской культуре, к числу которых и отношу себя.
— На ваш взгляд, почему Армянская Церковь отделилась от Вселенского Православия?
— Да, когда-то у нас была единая история и единая традиция. Это было до V-VI века, когда произошло разделение, существующее до сих пор. Это разделение не является случайностью, потому что на протяжении полутора тысяч лет было много попыток восстановить единство и все они оканчивались неудачей, в то время как геополитическая ситуация менялась многократно. Отсюда вывод: попытки объяснить разделение политической конъюнктурой или иными случайными или сиюминутными причинами несостоятельны. Примером разделения по политическим причинам является раскол между Русской Православной Церковью (РПЦ) и Русской Православной Церковью за границей (РПЦЗ). РПЦЗ не принимала коммунистический режим, а РПЦ вынуждена была как-то существовать в реалиях этого режима. Как исчезла политическая причина раскола, сразу произошло объединение. Никакой внутренней проблемы, вопрос был внешнеполитический, поэтому на уврачевание его потребовалось несколько десятилетий. В ситуации с Армянской Церковью полтора тысячелетия не помогли. Здесь конфликт более глубокий и коренится он в вероучении. Это надо осознавать, потому что нам часто сегодня говорят, что: во-первых, разделение было случайным, во-вторых, носило политический характер. Такая концепция несостоятельна.
— Как можно охарактеризовать взаимоотношения властей и Русской Церкви в Армении?
— Можно сказать, что отношения близки к идеальным. Несмотря на то что, как было отмечено выше, Православная Церковь несправедливо, на наш взгляд, воспринимается как церковь нацменьшинства и в общем-то не находится в центре общественной и культурной жизни в Армении, отношение властей и чиновников к нам можно охарактеризовать как доброжелательное. Нам часто идут навстречу, оказывают содействие.
— Что вы думаете о легализации сект в Армении?
— Отношусь к этому крайне отрицательно. Я считаю, что в рамках демократических свобод каждый народ имеет право допускать в свое национальное, культурное пространство только те духовные течения, которые ему родственны и близки и которые исторически на его территории сложились. Нужно препятствовать проникновению иной духовности на свою родную территорию. Я думаю, это свобода выбора любого народа. Я уверен, что Армянская Церковь, армянское правительство работают в этом направлении. Может быть, среди представителей власти встречаются люди, которые мыслят иначе, слишком широко понимая демократию, помня о правах и свободах индивидов, но забывая, что эти права и свободы имеют также и сообщества и группы людей. В частности, в конституции зафиксирована особая роль Армянской Церкви как культурообразующей для армянского народа. Мы поддерживаем это положение, хотя некоторые пытаются выставить нас как противников исключительной роли Армянской Церкви в стране. Это не так. Мы просто выступаем с предложением, чтобы традиционные вероисповедания, которые здесь имеют вековое присутствие, разделили часть прав, которые имеет Армянская Церковь, и не ставились в правовом отношении в один разряд с сектами.
Дело в том, что, согласно сегодняшнему законодательству, существует двухступенчатая градация: Армянская Церковь и все остальные. То есть Православная Церковь де-юре находится в том же положении, что и секты, хотя де-факто это не так. Мы неоднократно обращались к правительству и в Национальное собрание и снова будем обращаться с просьбой, чтобы в Закон “О свободе совести и религиозных организациях” была введена трехступенчатая градация: Армянская Церковь, традиционные вероисповедания и все остальные. Секты должны быть ограничены в правах. В этом нет противоречия демократии. Сегодня во многих странах с развитыми демократиями секты тоталитарного толка запрещены, потому что они разрушают целостность личности, психику своих адептов. Другое дело, нужно продумать, какой компетентный орган должен давать соответствующее заключение, но это уже вопрос технического характера. Вряд ли кто-то станет оспаривать то, что деструктивные тоталитарные секты не имеют права существовать. Демократия не есть вседозволенность. К примеру, можно ли сейчас в какой-либо цивилизованной стране выйти на улицы с пропагандой фашизма?! Конечно нет. Везде это запрещено. Значит ли это, что надо ждать, пока произойдет очередная катастрофа вселенского масштаба, чтобы понять, что тоталитарные секты любого толка чрезвычайно вредны и опасны? Они могут разрушить сознание целого общества. Не нужно ждать очередного Нюрнбергского процесса, чтобы это понять. Уже сейчас нужно действовать превентивно. То есть если видно, что деятельность направлена на разрушение, нужно ее всячески блокировать, вводить не только административную ответственность, но и уголовную, как сейчас существует уголовная ответственность за проповедь расизма, национализма, фашизма и пр. Аналогичное отношение должно быть и к тоталитарным сектам. А вопрос классификации — это уже технический вопрос, который каждое общество должно самостоятельно решить исходя из своих традиций и устоев, а не под диктовку “общечеловеков”. Ибо, как гласит известная поговорка: что русскому хорошо, то немцу — смерть. Может, для кого-то Свидетели Иеговы — это не секта, а родное вероучение, но для Армении — это махровая тоталитарная секта. Или те же мормоны. Для Америки это родное дитя, для нас — опасная секта. Мы имеем право относиться к ним так в рамках своего национального сознания.
— Наша газета часто затрагивает тему милосердия, которая находит широкий отклик. Но далеко не у всех. Так, некоторые боятся общаться с неблагополучными людьми, считая, что это заразительно… Вообще, что такое, по-вашему, милосердие и можно ли заразиться несчастьем?
— Если мы откроем первую главу Книги Бытия, то мы прочтем: “И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему”. То есть человек — образ Божий. И значит, свойства Божии должны находить какое-то отражение в человеке. Милосердие — это одно из свойств Бога. Бог милосерден. Он не истребляет грешников, не лишает их пропитания. В мире живут и грешные, и праведные люди, и когда идет дождь, он попадает не только на праведников. Бог посылает свою благость даже на неблагодарных людей. И дождь, и солнечный свет, и урожай — все это дается всем людям. Если бы Бог поступал только по справедливости и не следовал милосердию, то тогда праведные получили бы все, грешные остались бы ни с чем и сразу погибли. Они не погибают сразу, Бог им дает время на то, чтобы одуматься, раскаяться и попытаться изменить свое отношение к жизни. В этом и есть проявление милосердия Божия. Милосердие направлено не на правильных благочестивых людей, а на всех, кто нуждается. Помочь нуждающемуся, помочь болящему, скорбящему, находящемуся в заключении, в немощи, грязному, больному, заразному… Вот в этом и заключается милосердие. Конечно, милосердие останется бесконечно далеким от милосердия Божия, но должно стараться по мере сил. Это христианское учение никак не коррелирует с восточным учением, утверждающим, что неблагополучие и несчастье заразны. Но есть заразность греха. Если мы часто общаемся с грешниками, находимся в развращенной среде, то это развращение обязательно передастся нам. Но одно дело заразность греха, другое — заразность бомжа или немощного человека. Это совсем разные понятия. Как реализовать заповедь о милосердии в вашей жизни — это уже вопрос меры каждого человека. Кто-то доходит до крайнего исполнения заповедей и все свое отдает неимущим и бедным, как поступали многие святые и великие подвижники. Обычный человек, конечно, не всегда так может поступить. Имея семью, нельзя отдать последний кусок, предназначенный детям. Накормить своих детей — это тоже обязанность перед Богом. А когда накормил, обул, одел детей, можешь позволить себе не купить третью или пятую пару обуви и потратить эти деньги на бедняка. Во всем должна быть определенная мера, разумность, то есть не всегда не всем и не во всем возможно и нужно помогать. Эта мера для каждого человека разная. Если человек ведет духовный образ жизни, то Господь его в этом направит и вразумит.
— Что сейчас делается в РПЦ Армении?
— Строятся женский монастырь, новый храм и представительство Святейшего Патриарха в Армении, продолжается восстановление храма в Канакере, планируется восстановление храма в Ванадзоре. Конечно, положение де-юре расходится с положением де-факто. Армянские власти не препятствуют строительству и восстановлению храмов и монастырей РПЦ, более того, они содействуют этому. Примером такого содействия является выделение земельного участка в 5000 квадратных метров близ Ереванского озера под строительство представительства Святейшего Патриарха.
Русская Церковь присутствует в Армении, и она развивается, живет своей жизнью. По нашим исследованиям, на территории Армении в досоветское время существовало до 60 православных приходов, сегодня действующих храмов всего 4 и еще одна часовня. Все остальные либо полностью уничтожены в период борьбы с религией, либо пребывают в запустении. Еще раз повторю: Русская Православная Церковь не позиционирует себя как церковь русских. И наш Святейший Патриарх Кирилл неоднократно подчеркивал, что РПЦ — это не церковь русских и не церковь России. Это многонациональная церковь, объединяющая представителей почти 100 национальностей, каноническая территория которой — практически весь бывший СССР.
Беседовала