Лица Сирии: Армаш Налбандян

Архив 201305/12/2013

Епископ Дамасской епархии Армянской Церкви Армаш Налбандян в интервью российской газете “Журналистская правда” рассказал о том, как диаспора и церковь живут в условиях войны.

— Ваше преосвященство, можете ли вы ответить на вопрос о корнях сегодняшней ситуации в Сирии, как и когда противостояние приобрело религиозный характер?
— Те или иные мелкие проявления разногласий и недостаточной веротерпимости были и есть всегда, и в Сирии в том числе. Однако выводить из них корни сегодняшней ситуации нельзя. С любыми проявлениями радикализма государство боролось, подавляя их, и очевидно, эта борьба привлекала внимание тех, кому это не нравилось. Сегодняшнее противостояние навязано нам извне, это никоим образом не сирийская “визитная карточка”. Наши внутренние проблемы ранее решались мирно, мусульмане и христиане в Сирии сосуществуют на протяжении многих и многих поколений, и христианские храмы и святыни в мусульманских поселениях охранялись мусульманами как свои собственные.
Население Сирии до кризиса составляло около 24 миллионов человек, 1,3 миллиона — христиане различных конфессий. 400 тысяч из них сегодня — беженцы, сюда входят как те, что были вынуждены менять место жительства внутри Сирии, так и те, кому пришлось покинуть страну…
Из числа сирийских христиан 110-120 тысяч составляют армяне. Министерство диаспоры Армении говорит о том, что численность армян, выехавших на историческую родину, составляет 10 тысяч человек, а всего за рубеж убыли порядка 25 тысяч сирийских армян.
В ходе войны были полностью или частично разрушены 45 христианских храмов, в том числе 7 армянских — прежде всего в Алеппо, Хомсе, Дэйр-эз-Зоре.
— Какова сегодня экономическая обстановка? Как диаспора обеспечивает себя?
— Ситуация очень сложная, безработица составляет 50 процентов. Кризис ударил очень сильно. Нужно помнить, что Дамаск — политическая столица страны, экономическим же центром Сирии является Алеппо. Это был и центр притяжения армянской диаспоры, численность которой здесь составляла 70-80 тысяч человек.
Когда промышленность Алеппо была разграблена и уничтожена, многие армяне потеряли все. Необходимо отметить участие в этих процессах Турции, поддерживающей отряды боевиков и вывозящей ценное оборудование из доступных районов. По сути мы можем говорить о продолжении, в том числе и антиармянской, политики Турции.
— Можно ли связать это с претензиями Турции на больший вес в исламском мире?
— Определенно, да. При этом в действиях боевиков турецкого происхождения прослеживается система, в частности ими был уничтожен храм-памятник, поставленный в память о геноциде армянского народа в Дэйр-Эз-Зор.
Для выживания диаспоры и сирийского христианства сегодня большое значение имеет помощь извне. В этом нам помогают и представители других христианских конфессий, в том числе и гуманитарной помощью. Хотя самая важная помощь от других церквей, это, конечно же, молитва.
— Ваше преосвященство, можете ли вы рассказать о теракте 11 ноября?
— Да. Это был понедельник, дети выходили из школы к автобусу. В это время начался минометный обстрел. Первые две мины — одна попала в автобус, другая в стену старого города — не взорвались, третья, попавшая между автобусами, взорвалась, унеся жизни пяти человек. Среди погибших водитель автобуса и четверо детей — ученики 1 и 2-го класса. Кроме того, 8 человек получили ранения, включая водителя второго автобуса и еще троих детей.
Мы должны понимать, что Сирия сегодня — это поле битвы. Бандиты, нападающие на детей, не имеют и не могут иметь политической позиции, при этом реальная сирийская оппозиция сегодня в основном молчит, понимая, куда ее втянули. Государство должно решать эту проблему, в том числе поддерживая нормальную оппозицию, создавая условия для последующего диалога.
— Были ли угрозы непосредственно в ваш адрес?
— Как церкви нам не угрожают, мы просто являемся целью бандитов, которые хотят нас убить. Я лично получал угрозы, в том числе за высказанное в эфире мнение о необходимости борьбы с бандитами.
…Вы, должно быть, слышали о том, что Сирия — исламская страна, однако это не так. Как минимум наше проживание здесь — доказательство сирийской многоконфессиональности. Я — сириец-христианин, как и все, мы — сирийцы, несмотря на вероисповедание. И мы должны говорить правду.
Сирия — не исламская страна, это страна многих религий. Ислам не учит людей стрелять в школы. И, конечно же, далеко не каждый мусульманин террорист. Мы должны помнить об этом.
Илья Крамник