Кто готовит изгнание “дьявола” из Закавказья

Архив 201422/07/2014

Геополитическое значение Армении может качественно измениться
Посол Ирана в Армении Мохаммад Реиси выступил с многозначительным заявлением. Первое: он заявил, что транзит иранского газа может осуществляться через Армению и что об этом “думает не только правительство Армении, но и все те правительства, которые заинтересованы”. Второе: посол отметил, что “вероятность того, что в Нагорном Карабахе возобновятся военные действия, очень мала”. Наконец, третье: Тегеран против того, чтобы “на карабахско-азербайджанской линии соприкосновения помимо армянских и азербайджанских сил были размещены войска другого государства”, что, кстати, предусматривается Мадридскими принципами, лежащими в основе переговорного процесса по карабахскому урегулированию. Таким образом, Тегеран пытается завязать в один широкий узел политику и энергетическую стратегию.

Ранее заместитель министра нефти Ирана Али Маджеди сообщил, что Тегеран изучает три варианта поставок газа из Тегерана в Европу:
1. Через Турцию.
2. Через Армению и Грузию с выходом в Черное море.
3. По территории Ливана, Ирака и Сирии.
Третий вариант транзита газа через Ливан, Ирак и Сирию, получивший название “Исламский газ”, соглашение по которому было подписано в июле 2012 года, блокирован: в Сирии и в Ираке идет гражданская война.
Вернемся к первому варианту — транзиту иранского газа в Европу через Турцию. По данным Министерства нефти Ирана, ежегодный объем поставок природного топлива в Турцию немногим превышает 10 млрд кубометров в год. Российские поставки газа почти в три раза больше — около 30 млрд кубометров. Иранцы не наращивают объемы своего экспорта в Турцию. Они опасаются доверять Турции роль транзитной страны для своего газа, поскольку она является союзником США и членом НАТО. Такие опасения получили дополнительные подтверждающие аргументы с учетом опыта транзита российского газа через Украину, прямой вовлеченности Вашингтона в события в этой стране. Предложение, сделанное президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым в ходе его недавнего визита в Тегеран, — сделать Азербайджан посредником в организации поставок иранского газа в Европу, конечно, также через Турцию или через Грузию с выходом на Черное море, минуя Россию, Тегеран отверг. Он не желает, чтобы Анкара решила задачу своего превращения в энергетический хаб Ближнего Востока и усилила свое влияние в регионе.
В Закавказье экспорт через Азербайджан каспийско-центральноазиатского газа объективно осложняется карабахским конфликтом. К тому же если начнется транзит иранского газа через Армению и Грузию — напрямую или через Россию в ЕС, Азербайджан оказывается перед угрозой геополитической маргинализации. Выигрывает Грузия, которая становится транзитной страной для азербайджанского и иранского газа, но это вряд ли придется по душе Баку, поскольку у него не будет выбора: либо смириться с таким положением дел, либо идти на разрыв отношений с Тбилиси, что лишит его выходов на турецкий энергетический рынок.
Примечательно, что и Грузия — пока только намеками — высказывает заинтересованность в импорте и транзите иранского газа, чтобы ослабить свою энергозависимость от Баку. Есть информация о том, что Тбилиси ведет по этой тематике неофициальные переговоры с Тегераном, что подтвердил и посол Ирана в Армении Реиси. Более того, если подтвердится сообщение о том, что иранский газ в Армению, а в перспективе и в Грузию, будет направляться с месторождения “Парс” (юг Ирана), которое осваивается с помощью “Газпрома”, то впору констатировать появление энергетической связки Тегеран — Ереван — Тбилиси — Москва.
Видимо, именно в этой связи в Тегеран в ближайшее время должен выехать министр энергетики и природных ресурсов Армении Ерванд Захарян. Объявлено и о том, что до 20 марта 2015 года президент Исламской Республики Иран Хасан Роухани намерен “обязательно” посетить с рабочим визитом Армению.
При таком раскладе качественно меняется и геополитическое значение Армении, и политика Грузии в отношении России. Согласно экспертным прогнозам, среднегодовые доходы Армении и Грузии от транзита иранского газа оцениваются в 80-100 млн долларов. Что касается Ирана, то он заметно укрепляет свои политические позиции в Закавказье, оттесняет Турцию и получает возможность влиять на решение проблем карабахского урегулирования. Не случайно он считает Мадридские принципы, предусматривающие появление в зоне карабахского конфликта международного миротворческого корпуса, “продуктом западной дипломатии”.
Конечно, возможно и то, что посол Ирана в Армении Реиси своим заявлением провел операцию по “вбросу” оперативной политической информации. Но если это действительно так, то предлагаемый Тегераном расклад политических сил нуждается в более тщательном анализе. Ранее Иран всегда выступал за сохранение перемирия в зоне карабахского конфликта, но пока не ясно, имеет ли он свой сценарий по карабахскому урегулированию, или сейчас он через Карабах решает только тактическую задачу: развалить переговорный процесс по варианту Минской группы ОБСЕ и не допустить ввода миротворцев в регион. Иран, несмотря на то что не присоединился к блокаде Армении, продолжает равно сотрудничать с Баку и Ереваном, дает понять, что у него есть шансы договориться со сторонами конфликта. При этом посол Реиси посылает сигналы не только Баку и Еревану, но и Москве, ставя в один ряд Карабах и Нахичевань, фактически заявляя, что они являются зоной именно его исторической ответственности, а не Турции. Напомним, что ханства Закавказья вошли в состав Российской империи в результате русско-персидских войн начала 19 века, а не русско-турецких.
Обстоятельства стремительно меняются. Не случайно на некоторых оппозиционных армянских информационных сайтах появились рассуждения о том, что, после того как США наложили санкции на “Газпром”, Грузия, которая ратифицировала соглашение об ассоциации с ЕС, может присоединиться к санкциям и отказаться пропускать газпромовский газ в Армению. В таком случае, мол, Ереван “получает хороший повод для денонсации газового договора с Россией”. При этом подчеркивается, что “это не праздный сценарий, а вполне реальная перспектива”. В то же время в ситуации, когда Вашингтон под предлогом украинского кризиса ужесточает политику санкций в отношении России, Армения может и, видимо, должна предпринять решительные шаги в сторону активизации своей политики в регионе. Но с кем вступать в партнерский союз — с Ираном или Турцией? Эти две страны под давлением наступающего хаоса на Ближнем Востоке по-разному меняются, что создает для России возможности для маневрирования. Но время принятия важных решений приближается быстрее, чем это привыкли делать на Востоке. Даже если кое-кто там уже считает себя частью Запада.
Станислав Тарасов
обозреватель ИА REX