Карабахское урегулирование: в новый год со старым “багажом”

Архив 201108/12/2011

Международное сообщество исключает силовой вариант решения конфликта
На завершившемся в Литве совещании Совета министров иностранных дел стран — членов ОБСЕ вопросу урегулирования конфликта в Нагорном Карабахе было уделено немало внимания. Приняты декларации, прозвучали соответствующие заявления, состоялась встреча руководителей дипведомств Армении и Азербайджана с сопредседателями Минской группы ОБСЕ.

Госсекретарь Хиллари Клинтон констатировала, что руководство стран-сопредседателей Минской группы ОБСЕ и главы МИД противоборствующих сторон вновь подтвердили взятые на себя обязательства по мирному решению конфликта. Клинтон в очередной раз подчеркнула, что “только путем переговоров можно прийти к урегулированию, как о том заявили президенты стран-сопредседателей в Довиле”. Схожими были и заявления Сергея Лаврова и французского министра по делам ЕС Жана Леонетти. Глава российского МИД призвал конфликтующие стороны использовать предложения, выработанные в ходе встреч, проведенных в течение последних двух лет президентом Медведевым и одобренные в совместном заявлении лидеров России, США и Франции в Довиле в мае этого года. Ереван, заметим, этот призыв уже поддержал. Французский министр также прямо призвал Баку и Ереван принять обновленные Мадридские принципы.
Все это свидетельствует, что в 2012 год миротворческий процесс войдет со “старым багажом” наработок, ожидать в этой связи неких нетривиальных предложений, способных существенно повлиять на ход переговоров, пока не приходится. И так как Действующий председатель ОБСЕ, глава литовского МИД Аудронюс Ажубалис призвал активизировать механизм расследования происходящих на линии соприкосновения инцидентов, вероятно, в ближайшее время именно этот аспект миротворчества может стать главным на переговорах. Возможно, это в перспективе позволит отвести снайперов с линии огня, однако на политической стороне вопроса не скажется. Ведь подписание рамочного соглашения (Мадридских принципов) невозможно без уточнения механизма определения будущего статуса Карабаха. Армянская сторона, как известно, может пойти на существенные уступки, связанные с поэтапным отводом войск из ряда районов зоны безопасности вокруг НКР лишь в том случае, если Баку подтвердит свое согласие на проведение референдума о статусе в четко обозначенные сроки. При этом референдум должен иметь юридически обязывающую силу. Стремление азербайджанской стороны сделать т.н. “переходный статус” НКР практически вечным ни Ереван, ни Степанакерт совершенно не устраивает.
Как обычно бывает в подобных случаях, главы МИД стран-сопредседателей, а также Армении и Азербайджана приняли совместное заявление, в котором, в частности, говорится, что военного решения конфликта не существует. При этом Налбандян и Мамедъяров сообщили, что президенты Серж Саргсян и Ильхам Алиев “готовы при содействии стран-сопредседателей вновь встретиться в ближайшем будущем для продолжения переговоров с учетом недавнего опыта своего прямого диалога”. Это означает, что переговоры армянского и азербайджанского лидеров, доселе проходившие под патронажем Дмитрия Медведева, продолжатся. Но будет ли их “модератором” российский президент, или эта роль перейдет к Николя Саркози? На этот вопрос ответа пока нет.
Впрочем, даже смена персоналий на миротворческом Олимпе, если она и случится, мало повлияет на ход урегулирования. Позиция Баку, как уже стало ясно, остается прежней. В Вильнюсе Эльмар Мамедъяров опять предложил “начать работать над основным мирным соглашением” — при том что предварительное рамочное соглашение пока не подписано, связанные с механизмом определения карабахского статуса вопросы “висят”. Причина, как он считает, в “многогранности и сложности” конфликта — тут и “очень большие вопросы по мерам укрепления доверия”, “очень серьезный военный фактор”, и восстановление земель, возвращение перемещенных лиц и “большие финансовые проблемы”. Поэтому, говорит Мамедъяров, “мы считаем, что не надо зацикливаться просто на принципах, необходимо уже начать работу над большим соглашением”. Опытный дипломат делает вид, будто не понимает, что “просто принципы” — это сама суть конфликта, без ясности в этом фундаментальном вопросе серьезные подвижки невозможны. Но не только в этом пункте слукавил азербайджанский министр. Мамедъяров “сожалеет”, что летняя встреча в Казани “не завершилась результатом, которого все ожидали — прорывом на переговорах и решением о выводе армянских войск с оккупированных территорий взамен на поэтапное решение конфликта”. Но при этом почему-то “забывает”, из-за чего это произошло. Ведь стороны действительно “готовы были ударить по рукам”, сообщил в июне источник, близкий к казанскому саммиту, когда “азербайджанцы выдвинули 10 дополнительных, не согласованных ранее требований”. Так что если кого азербайджанцам и обвинять, то лишь самих себя. Впрочем, в одном пункте с Мамедъяровым нельзя не согласиться — по его мнению, встречи и переговоры, подобные состоявшимся в Вильнюсе, “удачными можно будет назвать тогда, когда будет прорыв на переговорах”. Это верно, но случится прорыв тогда, когда Баку перестанет выдвигать абсолютно неприемлемые подходы, отведет снайперов и вместо имитации переговоров займется предметным обсуждением посреднических предложений. И не надо никуда спешить — ведь новой войны, как уже совершенно ясно, международное сообщество допускать не собирается.