Каникулы в “Спутнике” с ребятами из Армении

Архив 201608/12/2016


Землетрясение

 

В декабре 1988 года произошло землетрясение, повергшее в руины половину территории Армении: разрушены Спитак, Ленинакан, Кировакан, ещё порядка трёхсот населённых пунктов… Страшные, растущие день ото дня цифры шокировали: 25 тысяч человек погибли, около двадцати тысяч стали инвалидами, множество человек лишились крова.

Несмотря на то, что была ещё совсем ребёнком, хорошо помню, какое сильное впечатление у всех оставляли тревожные сообщения в новостных телепередачах о постигшем Армению несчастье. В моей семье, как и в большинстве других семей Советского Союза, все очень сочувствовали оказавшимся в беде людям.

Но вот настали тёплые деньки. В летние каникулы я, как всегда, засобиралась в свой любимый лагерь «Спутник». И тут узнала, что в нескольких отрядах с нами бок о бок будут жить дети из разрушенных стихийным бедствием городов. Признаюсь честно, не знаю, почему, но эта новость смутила. Особенно забеспокоились родители: какими окажутся горячие гости из горной республики, как отнесутся к местным, не обидят ли ненароком?

 

Воспитанность и галантность

Скажу сразу, все сомнения о верности решения, ехать или нет, рассеялись в первый же день пребывания в лагере. Черноволосые, кареглазые девчонки и мальчишки оказались на редкость доброжелательными, открытыми для общения. Они сами охотно знакомились с русскими детьми, завязывали дружбу. Очень удивила меня воспитанность армянских ребят. Мальчики не позволяли себе сидеть в столовой, клубе либо на установленных у корпусов лавочках, если поблизости стояли девочки. Совсем не важно, знакомы или нет они были. В этом неоднократно смогла убедиться на собственном примере и я. Чужие пацаны, завидев мнущуюся поблизости девчонку с блуждающе-вопрошающим взглядом — где бы приземлиться, всякий раз, не раздумывая, вскакивали и предлагали занять их место. Это было очень необычно и приятно. Ведь наши «рыцари» так не поступали. Девочки тоже не оставались равнодушными к тем, кто стоит, старались «уплотниться», подвинуться и усадить рядом.

Тёплые отношения царили у приезжих и между собой. Помню, как изумлялась, наблюдая такую ситуацию: армянский мальчик лет десяти-одиннадцати втрескался по уши в русоволосую, голубоглазую красавицу того же возраста и написал ей записку, в которой признавался в своих чувствах. «Ромео» сомневался в грамотности своего послания, поэтому проверить орфографию попросил девочку из своего отряда. Всё происходило на моих округлившихся от небывалого явления глазах. Поинтересовалась у своей новой подруги Гаяне, с серьёзным видом выуживающей из письма все погрешности:

— Это, наверное, твой брат?

В ответ услышала:

— Да нет, я прежде даже не была знакома с ним. Просто Тигран меня чуть-чуть помладше, к тому же знает, что я хорошо учусь, надеется поэтому, что помогу.

Подумалось, а что бы было, если б подобный случай произошёл в нашем отряде? Вряд ли такое возможно. Никто бы из мальчишек не отважился на такую необычную просьбу. А если б всё-таки решился, то стал бы в колком на язык ребячьем коллективе мишенью для насмешек.

 

Щедрость гостеприимного народа

Ещё армянские детишки всегда радушно приглашали в гости в свои корпуса и хлебосольно делились всем, что имеют. Присланные с родины сладости щедро раздавались русским друзьям. Искренние и лучезарные, казалось, они готовы отдать не только свои гостинцы, но и последнюю рубашку. Помню, как Гаяне, заметив, что я любуюсь ярко сверкающей на солнце пришитой к её кофточке фигуркой сделанного из разноцветных блестящих камушков слоника, не раздумывая, оторвала его и подарила мне на память.

Со ставшими близкими мне девочками Гаяне, Милованой, Лейлой, Мариам, Лианой могла общаться на самые разные темы. Единственная тема как для меня, так и для всех остальных остававшаяся под запретом — землетрясение. Если кто-нибудь из наших ребят пытался расспросить о случившемся, лица гостей из Армении мгновенно мрачнели, глаза покрывались поволокой грусти и становились не по годам серьёзными. Мы быстро поняли, что лучше не тревожить их, напрасно теребя раны любопытством, и перестали проявлять свойственную иногда детям бестактность.


Дружба крепкая не сломается

Совместные подвижные игры, вечерние дискотеки на свежем воздухе с зарождающимися на чернеющем небе звёздами под волнующие и заставляющие учащённо биться сердца песни популярной группы «Ласковый май», а также походы в сосновый лес, на речку сплотили армянских и русских девчонок и мальчишек. Когда настала пора возвращаться домой, дружно ревели, прощаясь с оставшимися ещё жить в лагере лишёнными безжалостной стихией крыш над головами ребятами. Вспоминается, как автобус, вырвав из живописнейшего уголка природы, вернул нас в город, остановился на улице Советской у здания Дома пионеров, и мы с красными носами, судорожно всхлипывая, вытаскивали дорожные сумки, спеша к своим родителям.

Проходившая мимо бабушка приостановилась, покачивая головой, сочувственно поинтересовалась:

— Откуда же вас, родимые, привезли?

— И-и-з л-лагеря…

— Бедняжки, что ж вы так плачете? Намучались, чай. Совсем там плохо было?

— Там было о-о-о-чень здорово!!! Там мы нашли друзей!..

Эта смена действительно оказалась одной из лучших, которые я провела в загородных пионерлагерях. Потом в течение нескольких лет переписывалась с подругой Гаяне. Увы, со временем связь потерялась. Зато на всю жизнь сохранилось доброе отношение к гостеприимным, искренним, радушным жителям теперь уже соседнего с нашим государства. И понимание — все люди разные, но оценивать их нужно отнюдь не по оттенкам кожи, разрезу глаз и форме носа, а по поступкам и отношению к другим.

Советский Союз давно распался, и всё же, думаю, что незримые нити, соединяющие народы когда-то единого большого государства, хотя и стали тоньше, но до сих пор остались и скрепляют родственными узами представителей различных национальностей. К тому же многие наши братья бок о бок продолжают жить с ними и сейчас, пустив корни на ставшей для них второй родиной земле. Россия гордится своей многонациональностью. Мы вместе, и это здорово!

 

Юлия ГОЛЫШКИНА,

«Мичуринская правда» (06.12.16)