Как Яков Заргарян стал писателем

Архив 201015/06/2010

Профессор-консультант Консерватории им.Комитаса, известный пианист-исполнитель, теоретик и педагог Яков ЗАРГАРЯН выпустил свою девятую книгу. Две первые были книги сугубо профессиональные, так что их знают, пожалуй, только музыканты. Остальные семь, в том числе та, что пахнет типографскими ароматами, предназначены для тех, кого называют широким читателем. Хотя, что это значит? Опять же в случае с Заргаряном это вовсе не все те, кто умеет читать. А те, кого можно причислить к культурной читательской публике, те, кто знает русский язык, те, кто при слове “культура” не хватается за оружие, а чувствует прилив радостных чувств. Свою девятую книгу Яков Заргарян назвал “Как стать писателем”. В соответствующем разделе он рассказывает о своей литературной молодости, о том, как стал писать, со всеми вытекающими последствиями. Интересно и поучительно. Правда, это не означает, что каждый, кто возьмет ее в руки, постигнет тайны писательского ремесла. Не учебник, одним словом. Автор с благодарностью вспоминает всех, кто вдохновил и помог ему стать человеком пишущим. Кстати, таких благодарных людей совсем не много. В другом разделе — выборка из рецензий и статей, написанных в 1959-2009 годах и опубликованных в печати, в частности в “Новом времени”. Их было не только много, они еще и очень разнообразны. Фактически Яков Заргарян — один из летописцев армянской культуры второй половины ХХ века. Чтение его текстов необременительно, пишет он легко, внятно, со вкусом и с юмором.
Предлагаем несколько автономных отрывков из этой книги.

КАК Я УСПЕВАЮ
ВСЕ ЭТО ПИСАТЬ?
В связи с моей “плодовитостью” мне много раз — а если быть точнее, то очень много раз — разные люди — друзья, знакомые и даже не очень знакомые, задавали вопрос: как я успеваю все это писать?
Вопрос “как я успеваю столько писать” имел достаточно оснований. Ведь я был не профессиональным писателем, т.е. не “свободным художником”. Я работал на полной ставке по своей основной специальности — профессором кафедры специального фортепиано консерватории, да к тому же занимал на протяжении пятнадцати лет (1989-2004) довольно трудоемкую и — прошу прощения у лексикологов! — времяемкую (почему-то этого понятия в словарях нет!) должность декана иностранных студентов. Поэтому у знающих эти подробности и возникал вопрос: “как я успеваю..?” Я отвечал спрашивающим, что очень бережно отношусь к расходованию времени, зря не теряю ни минуты, не трачу ее на нарды, шашки, домино, не играю в “дурачка” или в такие же интеллектуально-сложные игры, не посещаю стадионы, чтобы вдоволь поорать на футбольном матче, не участвую в богемных “посиделках” с выпивкой и страстными разговорами на патриотические темы о спасении армянства, не просиживаю штаны перед телевизором и т.п.
Примерно так отвечал я спрашивающим, хотя для самого себя этот ответ звучал бы несколько иначе: успеваю потому, что я из тех типов, которых называют — или скорее всего обзывают — трудолюбивыми или работягами, трудоголиками или трудягами. Если бы я жил в Европе несколько веков назад, когда модным или даже обязательным было наличие гербов не только у городов и земель, но и у профессиональных цехов, династий и отдельных личностей, и если бы я имел таковой, то на нем в качестве изобразительного атрибута красовался бы великий труженик — ослик, а текст моей максимы выглядел бы так: “То, что можно сделать завтра, я делаю вчера”.
Потому и успеваю делать много.

БЕДНАЯ, БЕДНАЯ
ТЕТЯ МАРГО
Как-то по каналу “Россия” я смотрел передачу “Городок”. Когда Илья Олейников по ходу действия произнес фразу: “Был молодым, не пропускал ни одной юбки”, я вспомнил эти очень знакомые слова и свою тетю Марго, о которой, как ни грустно в этом признаться, после ее смерти, т.е. уже лет десять, почти не вспоминал.
Она была женой дяди Саши, брата моей матери. Жили они в Баку, но, несмотря на это, мы часто встречались. Мои родители дружили с ними, и или они приезжали к нам в Ереван, или мои родители, выезжая за пределы Армении — на Кавминводы, черноморское побережье и пр., не упускали возможности посетить Баку и несколько дней погостить у них. Вместе с нами, детьми, разумеется. Так что я с детства уже был, как говорится, вхож в эту семью и был в курсе всех ее проблем.
Главная из них, как утверждала тетя Марго все годы, что, я ее знал, — это то, что дядя Саша “не пропускает ни одной юбки!” Эту фразу я слышал еще маленьким мальчиком, с того времени, когда весьма смутно понимал, что она означает. Причем, как это я для себя отметил уже много лет спустя, взрослым, свою мысль о постоянных изменах мужа и обо всем и вся, что было связано с этим прискорбным для нее фактом, тетя Марго всегда выражала почти одной и той же фразой, в которой неизменно фигурировало понятие “юбка”.
В некотором роде она была редким — в своей последовательности — субъектом. Посудите сами. Общеизвестно, как женщины обычно “обзывают” не верных им мужчин — мужей, любовников: бабник, предатель, кобель, жеребец и пр. А тетя Марго обходилась без оскорбительных эпитетов и твердила только одно: “не пропускает ни одной юбки”, и все. А обманутые жены? Как они отзываются об этих “разлучницах” — любовницах своих мужей? Чаще всего, разумеется, “эта б…”, хотя лексика русского языка предоставляет желающим массу других вариантов для души: шлюха, развратница, уличная девка, потаскуха, проститутка и пр. А тетя Марго любовниц своего мужа обычно называла: “эта юбка”, “эта очередная юбка”, “эта старая юбка”… Правда, изредка она переходила на многословие и уточняла некоторые подробности: “эта жирная еврейская юбка” или “эта костлявая азербайджанская юбка”.
Об этой приверженности тети Марго к слову “юбка” я второй раз за последний год вспомнил совсем недавно на одном классном концерте, когда мы с коллегой обратили внимание на то, что все студентки, вышедшие на сцену исполнять произведения Шопена и Листа, Шумана и Мендельсона, были в брюках, причем многие — в помятых и задрипанных.
— А не стоит ли запретить девушкам садиться за рояль на концертах в брюках? — с этого вопроса начавшаяся наша беседа с коллегой продолжалась и после концерта, на улице, перед консерваторией, где обычно тусуются свободные от занятий студенты. Как-то незаметно разговор перешел к соотношению количества юбок и брюк на представительницах слабого пола и как естественное продолжение наших изысков — к арифметическим действиям. В итоге наших исследований был получен следующий результат: одна юбка на 19-20 брюк!
— А еще лет 30-40 тому назад брюки на женщине были редкостью. А на сцене — ни одних. Разве кто осмелился бы… Это все равно что выйти на сцену в халате.
— А через столько же лет редкостью будут уже юбки на женщинах. Наверное, останутся платья как вечерняя верхняя одежда и брюки — уже в качестве основной, повседневной…
— А в словарях появится следующее толкование этой редкой формы одежды: “юбка” (устар.) — верхняя женская одежда от пояса к низу. Имела широкое распространение во всех странах до конца ХХ столетия (см. “брюки”). А на букву “Б” можно будет найти и прочесть термин: “брюки — мужская и женская верхняя одежда, покрывающая ноги и нижнюю часть туловища до пояса”.
Ну как тут было не вспомнить тетю Марго и не задуматься… Как она смогла бы охарактеризовать поведение своего непутевого мужа, если б они жили в наши дни и дядя Саша продолжал бы изменять ей со своими любимыми женщинами, теперь уже носящими брюки? Чем она заменила бы свое классическое выражение? “Не пропускает ни одной… ни одни… брюки? Штаны?..” Нет, не то! Совсем не то! Ее, бедняжку, могут ведь совсем не так понять! Подхватят сразу эту сенсационную новость и… И такого мужчину, такого многолюба прекрасного пола вдруг заподозрить в… черт его знает в чем?! Кошмар! Представляете…

КАК СТАТЬ ПАТРИОТОМ
Я — человек не завистливый. Но, признаюсь, всегда завидовал тем, кто умеет представляться патриотом. Это чувство пришло ко мне еще в 2000-м году, когда в Ереване процветал лотошный бум и функционировали около 20 компаний под различными названиями, предлагающими армянам поиграть в лото. Среди названий были и такие, как “Золотой век”, “Счастливое лото”, “Армянское счастье”… Ну как не позавидовать лотошным боссам, придумавшим для своего бизнеса такие привлекательные и патриотические названия. Я и завидовал.
А когда появилось “Армянское лото” и утверждение, что “армяне играют в армянское лото”, я чуть было не лопнул от зависти. Как это здорово придумано! И почему не я автор этой идеи?! Армяне играют не в какое-то иностранное, чужеродное, даже, можно сказать, космополитическое лото, а в свое родное, армянское, национальное лото. Как прекрасно звучит. И, главное, какую объединяющую роль обещает сыграть такое лото в жизни нации. Армяне, которые на протяжении всей своей истории играли в разные игры, теперь будут играть в одну и ту же. В “армянское лото”! Все вместе. И дашнаки, и рамкавары, и ереванцы, и карабахцы, и прокурор Агван Овсепян и “политзаключенный” Никол Пашинян… Представляете, какое единение? Именно такого всегда не хватало армянам. Правда, я никак не смог выяснить, чем отличается наше родное “армянское лото” от того чужеродного нам, в которое мы играли по вечерам в годы несвободы, когда еще не было телевидения, но так и не смог этого выяснить. Но разве это важно? Важно, что армяне играют — в армянское. Важно, что они вместе играют в свою “любимую и преданную” (согласно собственной рекламе) “Семейную игральную кость” (АЭпіЭ»ПіЭ Ѕій), вместе загорают на одном и том же пляже, на одном и том же острове Кипр…
Для дальнейшего совершенствования процесса объединения армян-индивидуалистов в единую, сплоченную нацию предлагаю следующие рекламные воззвания: “Армяне пьют только армянскую воду из армянских источников”, “Армяне размножаются только на армянских кроватях армянских фирм” и, наконец, “Армяне справляют нужду только в армянские унитазы из армянских магазинов”. Вот так! Пусть теперь кто-то осмелится заикнуться о том, что я не патриот.