ГТО и нормы поведения

Архив 201224/01/2012

Ровно шестнадцатого января, в самый плохой день года, автор прочитал сообщение, решительно опровергшее славу шестнадцатого января как самого скверного дня в году. Поскольку к плохому мы больше обращаться не станем, а говорить будем только о хорошем, два слова о том, почему шестнадцатое — нехороший день.
Приговор третьему понедельнику января вынесли ученые британского университета города Кардиффа. Они утверждают: в этот день англичане и другие европейцы (включая, разумеется, армян) чувствуют “построждественское” и послепраздничное уныние, наталкивающее на мысль о том, что в ближайшее время их ожидает мало чего приятного. Среди главных причин плохого настроения — холодная погода, накопившиеся долги, неоплаченные счета, а также тот факт, что до заработной платы за январь остается еще две недели.
Так вот, как раз в день, когда все эти напасти должны были сплестись воедино, автор прочитал упомянутое выше сообщение, но, представьте себе, ничего похожего на уныние не испытал. Никакой депрессии, никакого упадка сил с одновременным снижением жизненного тонуса. Ничего подобного. Даже наоборот: то, что в Армении украли книги, невольно склоняло к мысли, что и в криминале есть место прекрасному, что и в нашей жизни еще не все потеряно.
Как известно, из Национальной библиотеки Армении похитили сто пятьдесят томов. Установлено и лицо, организовавшее кражу, — некто Азаришвили. (Судя по окончанию фамилии — грузин, хотя, если смотреть в корень, можно думать дальше.) Но речь сейчас не об этом. Унос части содержимого из хранилищ духовных ценностей пусть слабое, но хоть какое утешение: значит, есть спрос не только на антиквариат, золото, брильянты, “Мазерати”, сашими из тунца и бурата, но и литературу. Дожили: радуемся уже тому, что если воруют книги, значит, это кому-нибудь нужно.
Во времена, когда автор пешком ходил в школу, считалось, что брать без спроса книги и цветы — не воровство. Почему цветы, автор не понимает до сих пор, но насчет книг есть версия: предполагалось, раз умыкнул книгу, значит, прочитал, раз прочитал, стал умнее. Потому как книга — источник знания. А когда будешь много знать, узнаешь — брать чужое нехорошо. (С другой стороны, Теодор Рузвельт говорил так: “Совершенно необразованный человек может разве что обчистить вагон, тогда как образованный — украсть железную дорогу”. Но это, согласитесь, крайность.)
Есть что сказать по этому поводу и автору. В те же школьные годы он часто заходил в книжный магазин на пересечении улиц Абовяна и Спандаряна, которого сейчас нет, а есть один из салонов “Сил Групп” отжатого за пределы страны Хачатура Сукиасяна.
Здесь забавно уже то, что в книжные магазины ходили даже школьники, но еще интересней вспомнить, как однажды, проходя мимо выложенных на прилавок книг, несовершеннолетний автор вытянул из стопки первую попавшуюся, засунул ее за пазуху и пулей вылетел за дверь. Это было первое (и последнее) украденное автором произведение литературного творчества. Называлось оно “Приемы стрельбы из легкого стрелкового оружия”, имело подзаголовок “Пособие для сдачи норм ГТО” и, что любопытно, рассчитано на широкий круг читателей. Книга, несомненно, сыграла некоторую роль в предпочтениях автора при выборе спортивных секций и, стало быть, оказала положительное влияние на жизнь специального корреспондента “Нового времени”.
Следует ли из этого, что коммерческий интерес г-на Азаришвили к книгам из Национальной библиотеки Армении преобразуется в нечто духоподъемное, сказать трудно, но, с другой стороны, кто его, г-на Азаришвили, знает? И уж совсем неизвестно, где и в каких руках объявятся украденные в Ереване книги. Если же их вдруг не найдут, хотелось бы, чтобы новый владелец понимал и ценил то, что держит в руках. Чтобы не как в истории с известным скрипачом на зарубежных гастролях.
— И что ты так носишься со своим “Страдивари”? — спросил его человек из компетентных органов.
— Понимаешь, — объяснил музыкант, — мне играть на “Страдивари” все равно, что дать тебе пострелять из нагана Дзержинского…
…Круговорот книг в природе происходит по-разному: их покупают в специальных магазинах, находят в букинистических, дарят, в конце концов, их пишут. А украшением библиотек (как общественных, так и частных) всегда были и остаются издания давно (чем дальше, тем лучше) минувших лет.

Кстати, о подарках. В одном рекламном проспекте прочитал: “Книга — лучший подарок” — старый, избитый, затертый советский лозунг расцвел новыми красками. Какие сейчас издаются книги! Какие книги! Можно ли было мечтать о чем-то подобном?! Великолепная полиграфия, верстка, бумага, иллюстрации, переплеты…” — захлебывается от восторга пиарщик.
Полная ерунда! Полиграфические безделицы в глянце и многочисленные подделки под старину вместе и порознь меркнут перед потрепанным столетиями, но честным лицом книг далекого прошлого.

P.S. Получилось так, что 16 января с.г. (И где же тут плохой день?) автор получил в подарок книгу “Армянские надписи в Карсе и Ани”. Издано в Москве в 1881 году. Книгу подарил Юрий Кобаладзе, грузин. Но генерал ФСБ. (И какие тут вопросы?)
Москва