“Гора Арарат знает себе цену…”

Архив 201329/10/2013

Впечатления турецкой журналистки об Армении

“Жители Армении в большинстве — потомки выходцев из Анатолии, пьют коньяк “Арарат” и пиво “Киликия”, а красивые улицы и площади Еревана напоминают европейские города”, пишет корреспондент турецкой газеты Taraf Озлем Эркан, недавно побывавшая в нашей стране.

 

“Самолет летит… я взволнована… Что бы то ни было, я лечу в Армению и впервые увижу столицу окруженной горами этой страны, о чем я мечтала долгое время. Думаю о горе Арарат, которая для армян не просто гора,.. а в самолете переплетается армянская и турецкая речь. На рассвете вместе с моим другом переводчиком Грантом Гаспаряном и адвокатами Эрданом Доганом и Али Озером мы совершили посадку в аэропорту “Звартноц”. Сопровождавший нас Севак Арцруни рассказал, что свое название аэропорт получил от расположенного недалеко древнего храма, от которого остались лишь руины. По дороге в Ереван он показал расположенные рядом друг с другом здания и сказал, что все это игровые дома. “Это Лас-Вегас Армении”, — сказал с улыбкой Севак. Спустя 20 минут в центре Еревана мое внимание привлекли каменные здания и памятники. Через короткое время я поняла, что Ереван полон памятниками деятелям искусства и героям.
В Ереване мы спокойно гуляем, нет проблем с безопасностью… Супермаркеты здесь работают 24 часа, и везде есть пункты обмена валюты, а говорить о том, как это удобно, излишне. Отправляемся на площадь Свободы, бродим по ней под лунным светом… Памятник Ованесу Туманяну прекрасен. Это живое доказательство мастерства армянских скульпторов. Вокруг него много кафе.
Площадь Республики, окруженная официальными зданиями, одно из красивейших мест армянской столицы. Ухоженные здания, фонтаны, цветы… Невольно думаешь: “Было бы хорошо жить в этой стране”. Нельзя не сказать о пожилых женщинах, чистящих улицы Еревана на рассвете. Многие из них пенсионерки, которые существуют благодаря уборке улиц. После продолжительной прогулки мы подходим к магазину, и, смотря на витрины, понимаем, насколько сильно скучают армяне из Анатолии по своим корням. Коньяк “Арарат”, сигареты “Ани”, пиво “Киликия” — тоже проявление этой тоски.
…Следующий день был солнечным. На машине Севака мы ездили по городу и прибыли на одну из высоких площадок Еревана — комплекс Мать-Армения. Ах… если бы еще и был виден Арарат! Говорят, Арарат “знает себе цену”. Весной и осенью любит скрываться в дымке тумана и не всегда показывает свое “лицо”. …По дороге в одно из сел голос Севака отрезвляет меня. “Вот он — Арарат”, — говорит он. Я смотрю в окно… Гора сквозь туман смотрит на меня… И я тоже долго смотрю на нее.
Вернувшись в Ереван, заходим на рынок. Чувствую, что вокруг все понимают, что мы разговариваем на турецком, и с интересом наблюдают за нами. Одна пожилая женщина подошла и заговорила с Грантом. Потом он рассказал нам, что когда та женщина узнала, что в Турции еще живут армяне, очень удивилась. А потом сама же сказала: “Да, конечно, есть. Грант Динк тоже жил в Стамбуле, и тебя зовут Грант”.
…На одной из красивых ереванских площадей в центре города стоит памятник известному армянскому композитору советских времен Арно Бабаджаняну, он играет на пианино, точнее, скульптура так вылеплена.
…Идем к Матенадарану, скоро доберемся до музея, напротив которого высится памятник создателю армянской письменности Месропу Маштоцу. Самозабвенно шагаю, и вдруг перед глазами возникает фото американского писателя Эдгара Аллана По. Он глядит на меня со стены одного здания. Во дворах ереванских домов рисуют различные картины, причем часто очень красивые. Проходя мимо памятника создателю армянский и грузинский письменности Месропу Маштоцу, входим в музей. Любой, кто приехал в Ереван, должен здесь побывать.
Машина едет по пыльным дорогам. Густо заполненный зданиями центр Еревана остался далеко… Редкие дома, ожидающие на остановках люди, деревья… Дорога ведет к офису депутата от партии “Процветающая Армения” Арагаца Ахояна. Именно там я узнала, что Арагац — это тоже гора, и депутат носит имя такой “влиятельной” горы. Если бы я не знала, куда еду, то подумала бы, что нахожусь в музее. Картины богатой коллекции Арагаца Ахояна повсюду. Он сильно отличается от знакомых нам политических деятелей. Нам, туркам — он не чужд, он тоже из Анатолии. Его предки до геноцида жили в Ване. Сам он рассказал, что отправился на родину предков, чтобы присутствовать на литургии в церкви Сурб Хач. Слова депутата об Арарате запечатлелись у меня в голове: “Армяне похожи на мать, которую лишили ребенка. …Они видят его, но не могут до него дотронуться”…