Гегам Саркисян: “Я когда такое в кино видел, сразу переключал каналы”

Архив 201212/04/2012

Происшествие в доме предпринимателя из Богородицка Тульской области стало одной из главных тем последних дней. Трое из четырех бандитов, ворвавшихся в дом Гегама, поплатились жизнью — он убил их кухонным ножом. Одному удалось сбежать. В деталях произошедшего на месте разбирались корреспонденты “Комсомольской правды”.

ВТОРОЕ ДНО
В палату к Гегаму Саркисяну мы попали с невероятной толпой журналистов. Они, как, собственно, и мы, приехали вместе с членом общественной палаты Анатолием Кучереной. В этой толпе мне чудом удалось протиснуться к уху главного героя.
— Гегам, как тебе удалось одному справиться с тремя бандитами? — спросил я.
— Бог мне помог, — Гегам повернулся в мою сторону и слегка улыбнулся. — Я последние минуты даже не помню. Помню, что ненавидел их всей душой, сердцем. И я горжусь, что смог защитить своих детей.
— А почему они пришли именно к тебе, Гегам? — продолжил я.
— Я три дня здесь лежу и три дня об этом думаю и не могу понять, — ответил он. — Их точно кто-то навел. Но я не знаю ни одного из них.
Думаю, Гегам наверняка знал, зачем и почему люди, которых он убил, появились в его доме.
— Его сын… Он знал одного из нападавших. По нашей информации, он был связан с криминальной средой, — сказала мне руководитель Следственного управления СКР по Тульской области Татьяна Сергеева. И это было первым сигналом о том, что во всей трагической истории, случившейся в городе Богородицк Тульской области, есть второе дно.
…Окраина Богородицка, тихого провинциального городка. Поселок Октябрьский некогда был самостоятельной административной единицей, но недавно стал городским микрорайоном. От города здесь ничего. От поселка — влипающие в шины колеи и прогнившие, покосившиеся плетни и избы. Гегам Саркисян приехал сюда 20 лет назад.
— Мы сразу подружились, — говорит владелица и одновременно продавщица одного из трех магазинов Валентина Мельникова, — у него магазин, у меня тоже. Гегам — труженик, у него и свиньи, и коровы. Я его вообще без вил в руках не представляю. Начинал вообще с овощного лотка. Вы спросите, кого хотите. Его здесь все любят.
Мы спросили. И все оказалось правдой от начала до конца. Его магазин — это бывшее Сельпо. Здесь можно купить все — от носков до дорогого коньяка. В долг Гегам отпускает всегда. И помогает односельчанам по первому зову. Машину из грязи вытащить, в долг дать, помочь на свадьбе, поминках или проводах в армию… Не скрою, по пути в Богородицк я представлял его кем-то вроде местного пахана. Но я ошибался — это трудолюбивый и отзывчивый мужик, о котором никто из односельчан не скажет худого слова. Если кроме работы и была у него страсть, то это его сын Самвел.
Самвелу Саркисяну сейчас 30 лет. Когда я заговаривал о нем с его односельчанами, многие опускали глаза. В детстве это был спокойный парень, вполне уверенный в себе. Но, как говорят многие, избалованный. Потому что отец души в нем не чаял. Во дворе Гегама до сих пор стоит белая “Ауди-100”, которую отец купил едва оперившемуся сыну пять лет назад. Машина вросла колесами в грязь по самое днище. Потому что отпрыск не имел возможности на ней ездить.
В первый раз Самвел попал в историю в начале 2000. Тогда он вместе с дружками украл сахар. Добыча поместилась в багажник шестерки “Жигулей”, Самвел “загремел” на два года. Освободившись, он, казалось бы, остепенился. Но только на первый взгляд.
— Самвел — жуткий человек, — говорит жительница Октябрьского. Его все боялись. Он обложил данью всех, кто занимался бизнесом. Но потом ему этого показалось мало. Собрал всех, у кого были машины, и сказал: “Вы будете платить мне за каждое колесо, которое ездит по этой земле”. И люди платили.
Знал ли об этом отец Самвела? Наверняка. Но он настолько любил сына, что не реагировал ни на какие жалобы и разговоры. Он даже мысли не мог допустить, что его мальчик делает что-то плохое. Но похмелье пришло скоро. Кто-то отказался платить Самвелу, и с ним сделали то, что рекетиры делают с несогласными. Сырой подвал, угрозы и шантаж. Как информация попала в правоохранительные органы, остается только гадать, но Самвел попадает под суд и получает 4 года.
Освободился Самвел в декабре прошлого года. Но пожить дома ему удалось только неделю. Нет, он ничего не успел натворить. Просто его депортировали в Грузию. У Самвела, как это ни странно, не было российского паспорта. Родился он в Мареули (восточная Грузия), где до переезда в Россию жил его отец. Туда-то его и отправили.
— Что с твоим сыном, Гегам? — спросил я отца семейства в больнице.
— А что, — как бы удивился он, — он в Грузии у бабушки.

ОТДАЛ ВСЕ, ЧТО БЫЛО
Налетчики появились в Октябрьском не случайно. Жители Подмосковья (двое прописаны в Люберцах) целенаправленно ехали в дом Гегама Саркисяна. Один остался “на стреме”. С юридической точки зрения это бандитский налет. Потому что прибывшие ворвались в дом и требовали отдать им деньги. Но, судя по всему, они считали, что это их деньги. Почему? Может быть, депортированный Самвел Саркисян задолжал им. Может, проигрался или просто взял в долг и не смог вернуть. Как бы то ни было, четыре жителя Подмосковья, трое из которых общались друг с другом по-грузински, целенаправленно ехали в Богородицк и остановили машину неподалеку от дома Гегама Саркисяна.
— Было около половины десятого, — рассказала нам соседка Гегама Тамара Иванова, — я собиралась идти к Саркисянам за молоком. Но увидела, как двое незнакомцев заходят к ним в калитку. Я решила подождать, когда они уйдут, и вернулась домой.
— Они назвали меня по имени, — рассказал сам Гегам Саркисян, — я понял, что эти люди пришли по делу. Но уже в дверях я почувствовал, что мне в спину уперлось что-то тяжелое. И услышал, как сзади голос по-грузински сказал: “Иди тихо, не дергайся”.
Визитеры спокойно прошли в дом, усадили хозяина на стол и стали требовать деньги. Гегам сначала отдал им все, что у него было в кошельке — 8 тысяч рублей. Потом с его снохи Эдсины — жены того самого Самвела — сорвали все золотые украшения. Дочь Гегама тоже была в сережках и перстнях, но сразу предпочла отдать золото самостоятельно. Но визитерам этого казалось мало.
— Давай ключи от гаража и сейфа, — объявили они Гегаму Саркисяну.
Все сомнения прочь. О том, что глава семейства хранил деньги в секретном сейфе в гараже, мог знать только один человек — его сын. Гегам безропотно ведет бандитов в гараж и отдает все содержимое сейфа: 11 тысяч рублей. Но и эта сумма прибывших не удовлетворяет.
— Ты хочешь сказать, что у тебя больше ничего нет? — спрашивают они. Но ты ведь даешь в долг по 500 тысяч. Неужели у тебя денег больше нет?
Когда в больнице Гегам рассказывал об этом, он искренне удивлялся. “Откуда они знали?” — то и дело спрашивал он. Его простота подкупала. Так и хотелось воскликнуть: “Сын”. Но язык не поворачивался. Может быть, отпрыск выдал все это под пытками. Может быть, его уже нет в живых. Как отцу поверить в это?
Допрос продолжался. Он перерос в допрос с пристрастием. Один из гостей вытащил семилетнего внука Гегама в центр комнаты и приставил к его голове пистолет. Это был травматический пистолет, но обитателям дома было достаточно и этого.
— Гегам, когда ты понял, что придется бить насмерть?
— Когда один из них по-грузински сказал, что женщин надо кончать, — глава семейства прикрывает глаза. Он устал. — Они думали, что я не понимаю. Но я же родился в Грузии, я все прекрасно слышал. И меня обуяла такая ненависть, что дальше я ничего не помню. Только помню, что после первого у меня совсем не было страха. Еще одного я убил в комнате, а другого в прихожей.
Следователи увидели только три трупа в прихожей. Один из них весь в татуировках. Например, на плечах — семиконечные звезды. Тела лежали треугольником, словно стали жертвой какого-то масонского заговора. На самом деле бой продолжался около пяти минут. Гегам Саркисян выскочил из кухни, словно не в себе. Он махал ножом, словно исступленный, направо и налево. Бандиты, в том числе и раненые, пытаясь покинуть дом, пытались пробраться к выходу. Они получили ранения в спину. Тот, что стоял “на стреме”, понял, что в доме все идет не по их плану, Но было уже поздно.
Гегам Саркисян успел нанести четвертому бандиту несколько ударов. Но, тем не менее, ему удалось убежать.
…Неважно, какие причины привели бандитов в дом Гегама Саркисяна. Если он защищал себя и членов своей семьи, то, в общем-то неважно, что стряслось, он достоин только аплодисментов. Я вообще за американский принцип: ворвались к тебе в дом, можешь защищаться любыми средствами. Но с России законы другие. “Мой дом, моя крепость” — это не про нас. Глава семьи может угодить за решетку. Потому что превысил уровень самообороны.
Мы сидим в кабинете Татьяны Сергеевой, руководителя в Следственном управлении СКР по Тульской области.
— Почему дело возбуждено по статье 105 — убийство, причем двух и более лиц? — спрашиваю я. — Это же пожизненный срок. Неужели Гегам Саркисян заслуживает этого?
— У нас не было вариантов, — говорит Татьяна Сергеева, — сами посудите: сотрудники прибывают на место и видят три трупа с признаками насильственной смерти. Естественно, мы возбуждаем дело по статье “убийство”. А потом начинаем разбираться. Хочу обратить внимание, что дело возбуждено “по факту”. То есть Гегам Саркисян не является обвиняемым. Необходимо тщательно разобраться во всем этом эпизоде. Шумиха только вредит делу. А между тем мы слышали версию только одной стороны. Трое убиты, и сейчас мы активно ищем четвертого. Потому что только от него мы можем узнать, что же произошло на самом деле.
По словам Татьяны Сергеевой, есть существенные нестыковки в показаниях. Например, относительно времени трагедии. Или относительно того, что деньги были найдены в карманах убитых, а ювелирные изделия рассыпаны по полу на месте трагедии. И что же? Я обратил внимание: в больнице на руке у Гегама Саркисяна была массивная золотая печатка. Но даже если Саркисян ее не отдал бандитам или одел на палец позже, это не делает его убийцей.
…Неужели из-за каких-то нестыковок этот добропорядочный гражданин может оказаться в тюрьме? Ведь если кто-то из нас услышит, что близких собираются убивать, хоть кто-то задумается о нормах закона? Может быть, российское законодательство в этой части требует корректировки? Если бы Гегам Саркисян хоть на мгновение задумался о тонкостях права, у нас, скорее всего, не было бы не шанса задать ему хоть один вопрос.

ДОЛГ КАЖДОГО
РОДИТЕЛЯ — ЗАЩИЩАТЬ
СВОЕГО РЕБЕНКА

“Это было очень страшно, — сказал “КП” Гегам Саркисян, — я когда такое в кино видел, сразу переключал каналы. Но я ни о чем не жалею и ни в чем не раскаиваюсь. Я ведь дал им деньги, сказал, чтобы они уходили. Но они не ушли. Так что у нас было два варианта: либо они убили бы нас, либо мы их. И я считаю, что долг каждого родителя — защищать своего ребенка. Не дай Бог, чтобы с кем-то случилось такое, но дай Бог, чтобы родители всегда побеждали. Такие нелюди не должны среди нас жить”.

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ
Четвертый бандит задержан
По информации “Комсомольской правды”, единственный из оставшихся в живых нападавший на дом Г. Саркисяна задержан. Его удалось обнаружить в больнице в Курске. По данным источников “КП”, он был госпитализирован с ножевым ранением левого бока и шеи. Дополнительных сведений источник не сообщает. Тем не менее, если эта информация соответствует действительности, у правоохранительных органов вскоре будет возможность выслушать и другую сторону произошедшей трагедии.
(Печатается с сокращениями)