Ереван: в форме или нет?

Архив 200915/10/2009

Никогда не бывает так плохо, чтоб не могло стать еще хуже. Взять, к примеру, Ереван. Когда-то с санитарным состоянием столицы было более-менее сносно, потом стало плохо, дальше хуже, еще хуже, а сегодня настолько плохо, что кажется, хуже и быть не может. Но нет, может!
Начну, однако, с Чикаго. Тоже ведь неслабый город, побратим Москвы, но по ряду особенностей, включая экологию, полный антипод Еревана. Чем знаменит Чикаго? Тем, что когда-то в нем было столько же беззакония в виде гангстеров, сколько в Ереване грязи в виде мусора. И вот сегодня Чикаго один из самых мирных городов в Америке. Получается, захотели, взялись и искоренили. Между тем победить человеческие отбросы в обществе труднее, чем бытовые на улицах. Но ведь сумели.
Выдающуюся роль в этом сыграли мистер Дэйли-старший, мэр города в течение двадцати одного года, а сегодня его сын Ричард, избирающийся градоначальником шесть раз подряд. Семейственность, но какая! Всем бы такую. Сегодня Чикаго второй по значимости финансовый центр страны, парков и культурных заведений в нем больше, чем во всей Америке, город сравнительно дешев для жизни и, как уже было сказано, безопасен.
Новый мэр Еревана вряд ли может рассчитывать на то, что вот начнет он делать из города конфетку, потратит на это двадцать один год, затем передаст бразды правления своему сыну, а тот, не посрамив отца, доведет начатое до конца, да еще от себя добавит. И станет Ереван одним из финансовых центров Евразии, городом парков и культурно-развлекательных заведений, каких нет во всей близлежащей округе. Но дело даже не в этом, чтоб всех удивить и всех обогнать. Вопрос в том, чтобы каждый новый мэр сделал (или начал делать) пусть одно, но такое крайне необходимое для города дело, которое будет связано с его именем так же тесно и неразрывно, как севанская форель с одноименным озером.
Что бы это могло быть? Все что угодно, все, что способно сделать жизнь удобнее, интереснее, приятнее, а Ереван узнаваемым как раз по той причине, что это удобное, интересное и приятное именно в нем, в Ереване, и расположено. Что бы мог предложить автор со своей стороны исходя из собственных пристрастий, имея в виду увиденное в разных странах и с учетом малой затратности на претворение предлагаемого в жизнь.
Автор готов предложить одну и очень простую вещь: вынести недорогой и несложный физкультурный инвентарь на улицы, в скверы, парки, приставить к ним по выходным на волонтерских началах инструкторов из числа тех, кто любит свой город не на словах, а на деле, и пусть люди занимаются не только армяно-турецкими протоколами и зловредными кознями Анкары, но и собственным здоровьем. Недорогой и несложный инвентарь — это: “шведские” лестницы, само собой, не из драгметаллов, перекладины, брусья, кольца (опять же не от ювелирного дома “Cartier”), простейшие тренажеры, бегущая дорожка под навесом, если бежать под открытым небом кому-то неохота.
Америка, сильно потолстевшая за последние десятилетия, уже берется не столько за большую ложку, сколько за ум. В Центральном парке Нью-Йорка, где по воскресеньям предлагают бесплатный фитнес, у всех на виду энергичный призыв: “Скажи “да” беговой дорожке и подыши чистым воздухом, мать твою!..”.
В Париже, в супермаркете, расположенном в парке, люди бегают мимо витрин, затем вбегают в помещение, а дальше — на ступеньки эскалатора, но не по обычному ходу лестницы, а как бы против течения. Говорят, хорошо укрепляет ноги.
В Лондоне одна из местных компаний установила на открытом воздухе тренажеры для всех. Сделала она это в начале года, а сегодня их уже почти пятьдесят.
В Швейцарии чуть ли не каждый второй ездит на велосипеде, а каждый первый бегает или ходит пешком.

Все вышеназванное обойдется Еревану в сущую ерунду: инвентарь, как правило, покупают спонсоры, инструктора — из добровольцев, велосипед у каждого свой, остается разлиновать дорожки для езды и определить места для тренажеров. Уж на это-то, надо полагать, денег у мэрии хватит?
Поступив таким образом, город через какое-то время станет местом людей, “ведущих здоровый образ жизни и умеющих правильно организовать свою деятельность в изменчивом мире”. Так говорит чикагский мэр. Потому что, утверждают вслед за ним люди, знающие в фитнесе толк, он, как правило, “кардинально меняет представление человека о своем предназначении, дает возможность сделать свою жизнь здоровой, полноценной и интересной”. Кто-нибудь против?
Городской же голова в свою очередь, не побоявшись обвинений в увлечении всякой мелочевкой (в ущерб великим свершениям) вроде тихо скончавшегося ГТО, прославит себя тем, что крепкое здоровье, хорошее настроение, полноценную и интересную жизнь люди станут связывать с его славным именем. И еще. Как говорил мэр некогда бандитской столицы Америки: “Чикаго — это город, в котором люди знают друг друга, и моя задача — чтобы люди любили его”.
В Чикаго эта задача решена. В Ереване пока нет: город у нас любят, но странною любовью. Это когда так много умеющих говорить о замечательных традициях столицы и так мало желающих продолжать. Не говоря уже о том, чтобы закладывать новые, включая то, о чем говорилось выше.
Сергей БАБЛУМЯН