Эребуни — прародина ереванцев. Мифы и заботы

Архив 201016/12/2010

На территории археологического музея-заповедника “Эребуни” на днях были размещены информационные щиты, дающие возможность любому грамотному посетителю получить полное представление о древнейшем урартском городе. Программу осуществляют общественная организация АМАР, “ИКОМОС/Армения”, основной спонсор — VivaCell-МТС, а также USAID/CAPS и почетный консул Италии в Гюмри.

Холм Арин-берд на южной окраине Еревана привлек археологов в конце XIX века, однако систематические раскопки развернулись в начале 50-х годов. Именно тогда были найдены клинописные свидетельства основания крепости Эребуни (VIII-VI вв. до н.э.), со временем обратившегося в Ереван. В 1968 году был образован музей-заповедник “Эребуни” с двумя филиалами — “Шенгавит” и “Кармир блур”.
Без сомнения можно сказать, что Эребуни — один из главных памятников столицы, да и всей страны. Он стал частью культурной жизни в год, когда отмечалось 2750-летие Еревана. Музей и весь раскопанный, реставрированный и музеефицированный холм сразу стали туристической фишкой. Народ валил валом — шутка ли, непосредственно соприкоснуться с древнейшей историей армянской столицы.
За более чем 40-летнее существование музея решены многие проблемы — какой же музей без проблем? Однако, увы, далеко не все. Одни возникли сразу, остальные — со временем. “Главная, основная проблема, — говорит директор музея Гагик Гюрджян, — отсутствие у музея-заповедника ограды. Старая история! Именно отсутствие надежной ограды и попустительство позволили еще в 50-е годы отторгнуть из драгоценной охранной зоны несколько гектаров. У подножия холма были построены жилые дома, предприятия, школа. Сегодня за “Эребуни” зафиксировано и закреплено около 30 га, но цитадель — это только 3,5 га. Раскопано меньше десятой части. Необходимо соорудить 1700 метров ограды: есть проект, смета, но пока, к сожалению, дело не трогается. Причем далеко не вся ограда должна быть фундаментальной — только часть. Большую часть можно оградить колючей проволокой и зарослями ежевики — просто и эффективно”. Кроме возведения ограды мэрия должна проделать немало и других работ вокруг холма, у его подножия. Надо укрепить и выровнять подпорные стены, благоустроить окружение.
В ограде нуждается территория не только самого “Эребуни”, но также его филиалов. “Шенгавит” — важный памятник неолита, имеющий 6000-летнюю историю, нужно оградить все 6,2 га, оставшихся целыми в результате соцстроительства. Наконец, “Кармир блур”, иначе урартский Тейшебаини (VII-VI вв. до н.э.) — 37 гектаров некогда ограду имели, но она давно уже порушена, что и позволило окрестным жителям расширить кладбище за счет 2,5 гектара территории памятника. Так что надо соорудить почти 2 километра ограды, как и помещения для музея, — прерогатива мэрии, в ведении которой находятся “Эребуни” и оба филиала. “В Шенгавите, где продолжаются раскопки, необходимо реконструировать небольшое помещение, превратить его в полноценный музей, — говорит Г.Гюрджян. — Музей необходим и в “Кармир блуре”.
Несколько слов о Гагике Гюрджяне. Профессиональный архитектор. Работал в “Армгоспроекте”, почти полтора десятилетия был главным архитектором Аштарака. Более двадцати лет занимал высокие должности в системе градостроительства и охраны памятников. Несколько лет был начальником управления памятников истории и культуры, а также замминкультуры. С сентября 2009 года — директор Музея-заповедника “Эребуни”. Председатель “ИКОМОС/Армения” — Международной организации памятников и достопримечательных мест.
Он убежден, что мы как прямые наследники Урарту и его культуры просто обязаны актуализировать свое отношение к этим памятникам. Считает, что Армения должна ответственно и на государственном уровне “курировать” урартское наследие. “В мире немного столиц с такими памятниками, так что мы обязаны действительно по-хозяйски распорядиться ими. Нам никто и ничто не мешает в этом. Иные на пустом месте создают нечто, а мы, имея подобное сокровище, теряем время, медлим”, — резонно считает директор. Именно поэтому сейчас музей работает над картой всех урартских следов в Армении, каковых выявлено не менее ста.
За год его деятельности музей разительно изменил свой образ. Обновлена и дополнена экспозиция, помещения отремонтированы, проведена некоторая реконструкция. Сегодня его можно не стесняясь показывать самым избалованным заезжим посетителям. И своим, конечно. Музей довольно близко подобрался к европейскому уровню, хотя, конечно, дел еще много.
Проведены немалые реставрационные работы в цитадели, то есть самом Эребуни. Г.Гюрджян программой-максимум на этом этапе наметил достижение уровня 1968 года — когда музей впервые предстал пред очи публики. Для этого, по его подсчетам, нужно 400 млн драмов — немногим более 1 миллиона долларов. Но только в том случае, когда ими будет распоряжаться сам музей без всяких посредников. Тогда можно будет в целом завершить реставрационные работы. Здесь самая головная боль — сохранение стен, построенных из сырцового кирпича, то есть из необожженной глины. Их восстановление и экспонирование — наиболее трудная задача. Много лет назад появилась идея воздвигнуть над холмом защитную кровлю, был даже сделан проект. Кровля по примеру подобных археологических памятников, конечно, замечательно, но это дело отдаленного будущего. Впрочем, актуальность сохраняется, и Гюрджян не исключает кровли над отдельными эпизодами Эребуни, в частности глиняными стенами и помещениями.
“В реставрации таких памятников есть два принципа: собственно реставрация и воссоздание. Так, в 68-м был воссоздан дворцовый зал. Тогда возвели часть стен, поставили столбы, удерживающие кровлю, декорировали по сохранившимся фрагментам. Со временем все это обветшало и было испорчено безграмотной шантрапой, беспрепятственно проникающей в цитадель. Придется начинать снова. Я думаю, что в Эребуни должны быть использованы оба принципа — и реставрации, и воссоздания, что позволит сделать памятник привлекательным, притягивающим внимание”, — резонно замечает Г.Гюрджян.
Реставрационными работами, проведенными в 2008 году и позже, Гюрджян не слишком доволен. Результаты деятельности иных реставраторов пришлось основательно откорректировать. “Как может настоящий реставратор восстановить часть стены, а часть той же стены оставить разрушенной? Реставрация не обычное строительство — надо работать с душой и любовью. И доводить до логического конца, не считаясь с дополнительными расходами” — такова его профессиональная позиция.
И, конечно, на “Эребуни” будут продолжены раскопки в содружестве с французскими археологами. Без всяких скидок и послаблений. Все должно быть по правилам и нормам цивилизованного мира. Надо сказать, что работы ученым хватит надолго: каждый участок обширной территории музея-заповедника полон артефактов и остатков сооружений. Ведь в древнем городе проживало несколько десятков тысяч человек.
При достаточном финансировании можно будет осуществить амбициозную задумку Гагика Гюрджяна, а именно — современное свето-музыкальное театрализованное действо, воссоздающее историю Эребуни. Такие “спектакли” можно будет показывать под открытым небом едва ли не большую часть года, и скорее всего они будут иметь непреходящий успех. Гюрджян предполагает сотрудничать с французскими специалистами, признанными в мире и проявившими интерес к памятникам Армении. Для этого, и не только для этого, он также планирует постройку амфитеатра на пятьсот мест на сопредельной территории — конечно, так, чтобы не нарушить целостность и гармонию ландшафта. Весьма сложная и увлекательная архитектурная задача. А еще он думает подвозить посетителей к цитадели на “урартских” конных повозках, для инвалидов и лиц с ограниченными возможностями надо будет построить пандусы. Наверняка это резко увеличит количество посетителей, которых пока в год около 17 тысяч.
Разумеется, соответствующие работы надо провести в “Шенгавите” и “Кармир блуре” — не менее эффектных и значимых памятниках. Но, повторим, для достойной интеграции в мировой культурный контекст необходима сильная и вещественная государственная поддержка. Всем надо понять, что наличие подобных великолепных памятников только часть дела. Их включение в непрекращающийся процесс национального самопознания, а также утверждение своего места в истории цивилизации стоят любых усилий и средств. Когда необходимо перманентно показывать международному сообществу, кто ты есть, — это чрезвычайно важно. В этом уверен Гагик Гюрджян и вся его команда.