Энергетики пребывают в ожидании новых газовых расценок. Потребители — тем более…

Архив 201117/02/2011

Сроки пересмотра газовых тарифов остаются неизменными — как подтвердил ранее сделанное заявление министр энергетики Армен Мовсисян, тариф на импортируемое из РФ “голубое топливо” будет определен уже до конца этого месяца. Но к апрелю, надо полагать, новые расценки “Газпрома” нашей стороне принять не удастся. Комиссии по регулированию общественных услуг на процедуру отводится 90 дней. Потребуется время и на вступление в силу новых “расценок”.

Впрочем, рано или поздно это случится. Остается надеяться, что новые тарифы не отпугнут от газовых конфорок тех, кто еще предпочитает этот вид энергоносителя “электрическому”.
Ведь последнее апрельское подорожание 2010-го уже сделало свое дело. И хотя нынешняя зима оказалась теплой, все же главным поводом для констатации министром спада потребления газа в этом “холодном” сезоне явилась дороговизна топлива. Видимо, поэтому, как заверил Мовсисян, армянская сторона по ходу переговоров с российскими газовиками всячески работает над тем, чтобы сохранить существующие сегодня цены. Но возможно ли такое?
Еще 21 декабря прошлого года начальник управления по работе со странами ближнего зарубежья “Газпрома” Анатолий Подмышальский заявлял, что с 1 апреля 2011 года цена на газ в Армении будет установлена на рыночном уровне. О чем, впрочем, российская сторона периодически поговаривала и до указанного срока. Но все эти годы все разговорами и заканчивалось, а рыночные тарифы распространялись лишь на иные страны, использующие газ из РФ. В итоге наши тарифы были намного ниже мировых. К примеру, в 2008-м даже в имеющей свои энергоносители Болгарии тариф на тысячу кубометров газа для населения составлял 435 долларов. Тогда как в Армении речь в тот год шла о 245 долларах. В Латвии и Литве за этот объем газа платили тогда 400 баксов. В соседней Турции — 350-360 долларов. Даже в экспортирующем энергоресурсы Азербайджане население за тысячу кубиков вносило 185 долларов, а предприятия — 305 баксов. В соседней Грузии и того было хуже — населению тысяча кубометров обходилась в 300 баксов, производственникам — в 210 долларов.
Даже в прошлый апрель поднятие цен на газ для Армении российской стороной было произведено со скидкой. В результате переговоров удалось скостить с ранее заявляемого тарифа в 200 долларов за тысячу кубометров (речь о тарифе на газ на границе) — 20 баксов. В итоге с 1 апреля 2010-го цена на голубое топливо у границы была установлена на уровне 180 долларов. Но какова “приграничная цена” энергоносителя, обсуждаемая ныне? Увы, это тайна, покрытая мраком. И за ее завесой уже поползли слухи относительно возможных “вариантов” — речь о якобы выдвигаемых “Газпромом” “тяжелых условиях”, на которых тариф останется неизменным. “Они только хотят денег”, — отмел все сомнения Мовсисян. И заверил, что переговоры проходят в дружественной атмосфере. “Газпром” понимает наши проблемы, а мы понимаем их. Взять и объявить какую-то случайную цифру здесь не получится, ведь они работают не только с Арменией. Но повторюсь, меж сторонами есть взаимопонимание”, — оптимистично резюмировал глава министерства.
Но тогда, быть может, есть резон отказаться от российского импорта в пользу иранского? Как известно, уже не первый год Армения реализует программу “Газ взамен на электроэнергию”. Которая, со слов Мовсисяна, будет продолжаться и в текущем году. В частности, до конца 2011-го будет готово 80% новой высоковольтной линии электропередач Армения — Иран. В рамках программы будет полностью реконструирована линия электропередач мощностью в 220 вольт Раздан — Шинуайр — со слов собеседника, речь о линии, являющейся одним из кровеносных сосудов энергосистемы Армении. Словом, ход программы обнадеживает. Но почему бы не “пересесть” основательно на иранские поставки? “Нельзя сегодня говорить, что иранский газ нам выгоднее покупать, нежели российский. Для обеспечения энергобезопасности страны необходимо диверсифицировать маршруты импорта энергоносителей”, — парирует министр.
К тому же, и об этом оговаривалось еще в 2008-м, на заре задействования иранского газопровода, суть этой программы, основанной на бартере (мы Ирану — электричество, Иран нам — газ) в том, что иранский газ предусмотрен прежде всего для нужд отечественных ТЭС. Кроме того, газ из ИРИ должен служить отменной альтернативой в случае отсутствия российских поставок, к примеру, при форс-мажорных ситуациях — завалах газопровода, нередких на грузинском участке “трубы”, и тому подобных ситуациях. Но значит, если ныне столь серьезной нужды в газе из Ирана нет, можно предположить, что ни ТЭС, ни предприятия в дополнительной “подпитке” не нуждаются?
Как оказалось, предположение недалеко от реальности — электричества в стране вырабатывается с лихвой. И “излишки” эти некуда девать. Даже несмотря на распространившиеся — на предмет скорой реализации электричества в Турцию транзитом через Грузию — слухам. “В регионе мы являемся единственными, имеющими излишек электроэнергии. Все думают, что этот излишек разными путями можно экспортировать в Турцию или в другую страну. Но до сих пор нет ни одной реалистичной договоренности”, — отметил министр. Что по меньшей мере странно.
Помнится, летом прошлого года Мовсисян отмечал, что переговоры по вопросу экспорта армянской энергии в Турцию продолжаются. И турецкая сторона, несмотря на нюансы, проводит большую работу в этом направлении. Более того, еще в 2008-м говорилось о подписании соглашения об экспорте электроэнергии из нашей страны к соседям. И подписали документ — Минэнерго, ЗАО “Высоковольтные электросети” и бельгийская компания “ЮНИТ”. (Последняя занята импортом и распределением “тока” высокого напряжения в Турции.) Речь шла о реализации Турции ежегодных 1,5 млрд кВт/ч. А в перспективе объем должен был быть доведен до 3,5 млрд кВт/ч. Словом, планов было громадье. И не совсем понятно, что произошло — то ли соглашение должно перерасти в более серьезный договор, и это вот-вот произойдет, то ли стороны и вовсе расторгли подписанный ранее документ без лишних комментариев для общественности? Тем более что повод для отказа от проекта был — электричество должно было передаваться транзитом через Грузию. А по словам министра, высказавшегося и на сей счет, пропускная способность линий электропередач Грузии небольшая и о серьезном экспорте не может быть речи по чисто техническим причинам. Словом, обидно иметь “товар” и не быть способными реализовать его, пополнив госказну дополнительными финансами.

Гораздо больше позитива в вопросе претворения в жизнь строительства нефтепровода. О проведении “трубы” из Ирана, по которой в страну “потекут” нефтепродукты, говорилось и ранее. Но если изначально оговаривалось, что в случае строительства нефтепровода Тебриз — Ерасх Армения начнет импортировать нефтепродукты из Ирана, то ныне Мовсисян заявил, что можно рассчитывать и на запасы стран Персидского залива. Благо там находится одна из двух нефтяных бирж, где можно купить нефть и нефтепродукты любого качества и в любом количестве. Причем по приемлемым ценам — со слов главы министерства, по сравнению с ценами на нефтепродукты средиземноморского бассейна, в Персидском заливе дела обстоят гораздо лучше, да и расходы на транспортировку будут заметно ниже. Задача облегчается и тем, что до Тебриза уже есть нефтепровод, остается довести его до Армении. “По договоренности, иранская сторона построит свою часть нефтепровода, армянская свою”, — отметил собеседник. Подчеркнув, что проблем с финансированием сооружения “трубы” быть, скорее всего, не должно. Ведь “это прибыльная программа, которая может привлечь множество частных инвесторов”. Не исключает министр также и привлечение госсредств. Речь идет о серьезных деньгах: по предварительным расчетам, на строительство армянского участка нужны инвестиции в размере 100 млн долларов. Но овчинка того стоит. Жаль лишь, что перспектива удешевления бензина нам, кажется, не светит.
“Я не думаю, что в результате снизятся цены на нефть или на бензин, но это даст возможность стабилизировать поставки топлива в Армению. Ну а кто может завозить бензин дешевле, пусть завозит. То есть сложится ситуация, которая повлияет на рыночные цены”, — полагает Мовсисян, явно не исключая позитив от будущей конкуренции. Что ж, и то дело. Ведь спрос на тот же бензин, даже несмотря на “газификацию” многих автомобилей, немалый — ежегодно нами сжигается порядка 4 тысяч тонн. Словом, строительство “нефтяной трубы” намечено начать уже в конце этого года и завершить в течение двух лет. Остается надеяться, что впоследствии не пойдет речи о продаже участка нефтепровода на территории ИРИ. Например, так, как сейчас обстоит дело с газопроводом.
Разговоры на предмет возможной продажи грузинского участка газопровода “Север — Юг” Госнефтекомпании Азербайджана идут давно. Что, понятно, вызывает определенные страхи у населения — не остаться бы без газоснабжения. Но Мовсисян не видит никакой опасности: “Если хотят выставить 15-20% IPO (размещение акций на бирже), это не значит, что эксплуатация газопровода будет затруднена”. По его словам, продажа газопровода является экономической сделкой, которая не будет иметь политических последствий. “Не думаю, что наши грузинские партнеры создадут такую ситуацию, в которой возникнут проблемы”, — добавил министр, заметив, что в целом все слухи о продаже распространяет азербайджанская сторона, между тем как грузинская молчит.

Одним словом, “энергоситуация” в Армении спокойна. Энергетики полны идей. И пока что пребывают в ожидании новых газовых расценок. Будем надеяться, что разниться тарифы будут немногим. Ну а то, что тарифы на электричество останутся неизменны — о чем неоднократно заявлялось в самых высших инстанциях, — кажется, не оставляет сомнений. Ведь по логике вещей в противном случае снизится потребление. Ну а излишки вырабатываемого “тока”, пока что не нашедшего своего “покупателя” за пределами страны, нам совсем не нужны.