Джрвежский лесопарк и “шоу” экологов

Архив 200929/09/2009

“Не будем устраивать шоу”, — эту пафосную фразу произнес начальник агентства биоресурсов Министерства охраны природы Арташес Зироян на встрече с коалицией общественных природоохранных организаций, состоявшейся пару дней назад. “Шоу” экологов было устроено в связи с очередным “натиском” чиновников природоохранного ведомства на природу, жертвой которого стал на сей раз Джрвежский лесопарк.
Этот уникальный парк создавался в 1977 году на площади в 400 га и именовался “Парком Дружбы”. Он был разбит на участки, каждый из которых символизировал одну из республик СССР и областей РСФСР. Из этих мест доставлялся посадочный материал тех растений, которые наиболее характерны для того или иного региона. Помимо идеологической нагрузки парк выполнял еще и санитарно-гигиенические функции — охранял столицу от копоти и пыли — и эстетически-рекреационные — был красивым и удобным местом отдыха ереванцев и гостей столицы. И наконец, на территории лесопарка представлено 120 видов деревьев — такого видового разнообразия нет ни в одном другом парке Армении. По авторитетному мнению ученых, Джрвежский лесопарк является единственным значительным зеленым массивом, прилегающим к Еревану, который смело можно назвать “легкими” города.
Даже в годы энергетического кризиса, когда деревья рубили по всей Армении, а исключением не стал даже академический Ботанический сад (кстати, в те годы возглавляемый уже упомянутым выше Арташесом Зирояном), где было вырублено до 30 тысяч ценнейших пород деревьев, Джрвежский лесопарк удалось спасти от ощутимых потерь.
Однако то, что удалось сохранить даже в тяжелейшие военные годы, похоже, не удается (во всяком случае пока) защитить в мирное. 18 июня 2009 года правительство вынесло решение, которое буквально повергло в шок всех, кому не безразлична судьба одного из лучших лесопарков страны, находящихся в непосредственной близости от столицы. Согласно этому решению, от лесопарка отчуждаются 20 гектаров и фактически передаются Вохчабердской общине.

Для того чтобы понять, чем прежде всего вызвано возмущение экологов и лесоводов, нужно знать, что представляют собой эти отчужденные 20 гектаров. В уже упомянутом 1977 году по замыслу создателей “Парка Дружбы” этот участок символизировал Крым. И потому здесь высажена великолепная крымская длиннохвойная сосна, а весь массив — это уникальный сосновый бор — главный “озонизатор” на территории парка, насыщающий кислородом воздух прилегающих районов Еревана практически круглый год. Более того, именно по этой территории проходят трубы оросительной системы, питающей весь лесопарк. Таким образом, после отчуждения либо всю оросительную систему придется прокладывать заново, либо обезвожить всю парковую зону.
Между тем с подачи природоохранного ведомства сосняк уничижительно именуется чуть ли не “бросовой сорной территорией”, от утраты которой лесопарк не понесет никакого ущерба. Понятно, что после подобного представления и было принято решение, фактически благословившее отчуждение и передачу части лесопарка в ведение соседней общины. Сильно поднаторевшие в демагогии чиновники теперь пытаются “логично” объяснить, чем вызвано это покушение на уникальный лесопарк, который к тому же входит в “Заповедно-парковый комплекс” и является особо охраняемой территорией. Мы действительно как-то “особо”, т.е. очень своеобразно, охраняем свои заповедные территории, благодаря чему лишились многих из них и, похоже, с легкой руки природоохранного ведомства собираемся пополнить этот черный список.
Но в отличие от недоумевающей общественности чиновники абсолютно уверены в своей правоте и потому не только сохраняют полное спокойствие, но даже сами выражают искреннее недоумение. Почему, мол, столько шуму вокруг “каких-то” 20 гектаров с искусственными посадками, когда еще в 1991 году от лесопарка было отчуждено 1000 га, гораздо более богатых по части разнообразия своей естественной флоры. И никто тогда шум не поднимал. А нынешнему отчуждению есть простое и логическое объяснение. В 2007-08 годах работы по картографии лесопарка были проведены без учета этих спорных 20 гектаров, которые попросту выпали из карты и оказались “лишними”. А поскольку они граничат с Вохчабердской общиной и ныне взят курс на общинную раздачу земель, их, разумеется, с самыми похвальными и абсолютно бескорыстными намерениями передали Вохчаберду. А что, мол, разве Вохчаберд — это не армянская земля, разве часть лесопарка ушла за рубеж, недоумевают чиновники.
Между тем злые языки поговаривают, что вместе с “сорным” участком глава Вохчабердской общины получил и ценные указания, как им распорядиться впоследствии, когда шум поутихнет. Но, похоже, масштабы разыгравшегося скандала даже поднаторевшие в них чиновники природоохранного ведомства предвидеть не могли.
Во-первых, никому не понятно, почему, если картографы ошиблись и позабыли включить в карту 20 с лишним гектаров, природоохранники своевременно не указали им на ошибку? Видимо, потому, что она их вполне устраивала.
Второе. Вохчаберд — одна из наших самых бедных общин. (Кстати, в Армении всего несколько общин, способных обеспечить нормальный уход за зелеными насаждениями.) К тому же село находится в постоянной зоне риска, под угрозой оползней. Даже в советское время от данного участка в этих местах решительно отказывались все. Именно из-за оползней и сегодня земельные участки здесь стоят очень дешево, во всяком случае несопоставимо с дорогими джрвежскими. Таким образом, дальновидный план передачи 20 гектаров великолепного сосняка “с баланса на баланс” значительно обесценивает стоимость гектара, позволяя будущему владельцу практически задарма стать владельцем зеленого бора.
Те же “злые языки” утверждают, что им готов стать один из бывших директоров лесопаркового комплекса, ныне заместитель руководителя аппарата министерства Ашот Авалян, который, как не исключают, и взлелеял эту идею. Таким образом, заявление руководителя общественной организации “Эколур” Инги Зарафян о том, что “отчуждение земли имеет все признаки коррупционной сделки”, сильно смахивает на правду. Кстати, за последние семь лет в лесопарке сменилось 13 директоров и его даже стали именовать “испытательным полигоном”, намекая на то, что “испытание” это происходит довольно своеобразно.
Среди этой вереницы руководителей особо следует выделить разве что доктора биологических наук Володю Восканяна, который работал здесь в самые тяжелые годы — с 1991 по 1998 — и, по словам сотрудников, “огнем и мечом” выжигал все попытки нанести хоть какой-то ущерб парку. Он и теперь отстаивает его всеми силами. Но хватит ли у него сил, как, впрочем, у всех нас — вот в чем вопрос.
В свое время не удалось отстоять Хосровский заповедник, спасти от “оккупации” севанские берега, защитить Техут. Тандем чиновников и олигархов — стена несокрушимая. Но в то же время молчать преступно. Уже более 30 гектаров в центре Джрвежского лесопарка переданы в аренду одному крупному предпринимателю, который, по заверению чиновников, осуществляет там “великолепную природоохранную” программу. Еще 30 гектаров ушло в аренду другому олигарху, который часть этих земель уже успел отдать в субаренду. Искушенные сотрудники лесопарка не исключают, что со временем все эти земли будут приватизированы. И один бог знает, как они будут использованы новыми хозяевами. “Легкие” Еревана легко могут превратиться в очередное “чрево столицы” — в сеть злачных заведений в красивом антураже “заповедного” лесопарка.
Таким образом, с легкой руки госчиновников идет раздача “особо охраняемых земель”. И какая, в сущности, разница, как это называется — аренда, передача, отчуждение — суть одна — национальное достояние уже не принадлежит народу. Мне могут возразить — а разве Вохчабердская община — это не народ? Разумеется, но в силах ли эта бедная, находящаяся под постоянной угрозой оползней община сохранить и приумножить переданное ей богатство? Однозначно нет. Значит, сосняку предназначено погибнуть или стать достоянием очередного нувориша, приобретенным фактически задарма. На запрос в правительство, посланный экологической организацией “Эколур”, поступил ответ, в котором спорный участок назван “трудно управляемым и неогражденным”. Но если с ним не может “управиться” мощное природоохранное ведомство и к тому же не имеет средств, чтоб его оградить, разве это под силу одной из беднейших наших общин, которая не в состоянии справиться с собственными проблемами?

Избитое выражение “как воздух необходим” в применении к Джрвежскому лесопарку обретает самый прямой смысл. Это действительно наш воздух, наши легкие, и потому никто не вправе распоряжаться ими так, как считает нужным. А в контексте массового уничтожения лесов, вырубки ценных пород деревьев в угоду различным строящимся производственным и жилым объектам судьба Джрвежского лесопарка — этой уже, по сути, раритетной зоны пригорода столицы — обретает особое значение.
По словам руководителя общественной организации “За устойчивое человеческое развитие” Карине Даниелян, на всех международных форумах ей задают неизменный вопрос — а что происходит с климатом в Армении? И не устают повторять — берегите леса. Да и мы сами знаем, каким мощным климатоформирующим пылезащищающим, кислородонасыщающим фактором являются наши зеленые массивы, которых становится все меньше. И потому нам нужно спасать то, что еще есть, а не разбазаривать то немногое, что осталось. Вот почему так трудно понять и тем более принять позицию природоохранного ведомства, спровоцировавшего недавнее решение правительства.
Министр Арам Арутюнян как член кабинета министров, как политическая фигура несет личную ответственность за это решение, и он обязан добиться его пересмотра, заявили члены коалиции экологов. А со своей стороны члены Армянского ботанического общества в письме, направленном в адрес спикера парламента О.Абрамяна, премьер-министра Т.Саркисяна и министра охраны природы А.Арутюняна, выразили такое мнение: “Мы ясно сознаем, что отчуждение от лесопарка соснового массива лишает его статуса охраняемой территории, что этот лакомый кусочек вскоре будет кем-нибудь приватизирован и перестанет быть народным достоянием. Нет сомнения, что деревьям грозит вырубка скорей всего в целях проведения на этом месте строительных работ, иначе зачем менять статус?”
В самом деле — зачем? Мы присоединяемся к этому заявлению и очень надеемся, что, осознав истинные причины тревоги экологов и всей общественности, правительство пересмотрит свое решение и тем самым спасет Джрвежский лесопарк.
Валерия ЗАХАРЯН