“Для бедных россиян светлые волосы — подарок судьбы”

Архив 201030/11/2010

“Дорога в этот городок усеяна рытвинами, вдоль нее тянутся деревни с бревенчатыми избушками и невспаханные поля, красноречиво свидетельствуя о бедности, в которой живет эта часть Центральной России с незапамятных времен. Но на одной из городских улочек, где в грязных лужах плещутся гуси, стоит кирпичное здание, в котором в многочисленных ящиках хранится драгоценный товар местного производства — человеческие волосы, причем большая часть из них светлые. Для мировой индустрии красоты это настоящее сокровище.
“Ни у кого больше такого нет, ни у кого в мире, — говорит Алексей Кузнецов, владелец здания. — Российские волосы — лучшие в мире”. В такие бедные районы толпами съезжаются покупатели человеческих волос, обычно это мелкие предприниматели из России и с Украины, которые затем продают волосы переработчикам вроде господина Кузнецова. Они предлагают наличные и платят за прекрасные пряди ничтожные суммы, ведь у женщин, которые продают свои волосы, зачастую просто нет других возможностей заработать…
Здесь в Мосальске коса длиной в 40 см — а на меньшую длину покупатель даже не посмотрит — оценивается примерно в $50…
26-летняя Наталья Винокурова выросла в соседнем Юхнове, городишке, где в большинстве домов нет канализации, а средняя ежемесячная зарплата не превышает $300. То мелкомасштабное сельскохозяйственное производство, которое здесь когда-то было, рухнуло вместе с Советским Союзом.
Но госпожа Винокурова вырастила то, что имеет реальную рыночную стоимость, — белокурые волосы с золотистым отливом, которые, до того как их отрезали, доходили ей до пояса.
“Я заплетала их в косу, собирала в хвост, в общем, по-разному, — рассказывает она. — Но я от них устала, да и у всех других девушек волосы короткие, поэтому я их и отрезала”. А потом продала, добавила она, пожимая плечами…
Счистив грязь с ботинок, господин Кузнецов садится в Land Rover и объезжает несколько домов в Мосальске и соседнем городке, где работники моют, красят и расчесывают волосы, а затем сортируют по цвету и длине. У одного из сортировочных столов, где разложено около 500 прядей, он остановился, чтобы похвалить качество продукции. Лучшие волосы, по его словам, имеют медовый оттенок, меняют свой цвет в зависимости от освещения и очень мягки на ощупь.
“Это капитализм, — говорит он. — Люди, у которых есть деньги, хотят отличаться от тех людей, у которых денег нет. Почему одна женщина продает свои волосы другой? Человек с деньгами хочет выглядеть лучше, чем человек без денег”…
Около 70% волос, покупаемых в России, — это пряди, которые остались от прежних стрижек и хранятся дома. Некоторые украинки и русские, например, следуя традиции, отрезают волосы после рождения своего первого ребенка, а продать их решаются только через несколько лет. В регионах, где люди живут в крайней бедности, это самый последний источник дохода, к которому обращаются, отчаявшись найти другие.
Остальные волосы покупаются, обычно после некоторого торга, прямо с головы продавца, которого тут же и стригут…”

The New York Times, США