Давид СААКЯНЦ: “Я никогда не чувствовал себя в тени отца — я был с ним рядом”

Архив 200917/12/2009

“Наша борьба за очищение оскверненного генома и все то, что на этом фоне в реале происходит, аналогично битве шоу-бизнеса и национальной культуры.

Ни с одним из перечисленных факторов мы бороться не в силах, да это и бессмысленно”, — считает художник-мультипликатор Давид Саакянц. — Давид, будь на то твое право, с чего бы ты начал “технический осмотр” и “профилактику” машины, именуемой “армянский шоу-бизнес”?
— Я бы запретил этой машине ездить по городу! В ней все изнутри дребезжит, а снаружи трещит по швам. И, кроме того, она уже давно не туда едет. Хотя, конечно, я не исключаю, что когда-нибудь она все-таки выедет туда, куда нужно, чудом свернув на одном из “перекрестков”. Но это в большей степени зависит от пассажиров этой машины, которые пока проявляют “завидную” инертность, существуя каждый в своем отдельно взятом компромиссе. И я не берусь никого судить, потому что, возможно, и сам таков…
— А кто, по-твоему, виноват в том, что эта машина сбилась с курса?
— Наверное, если отвечать буквально, то виноват в этом весь мир, а в ответе мы, ориентирующиеся в своем творчестве на все то хорошее и плохое, что происходит в мире. Мы смотрим зарубежные сериалы и пытаемся повторить их у нас, не понимая, что если там они выглядят естественно, то нашей культуре подобное явление более чем чуждо. Мы даже не пытаемся придумать что-то новое… Что интересно: сформировавшиеся сегодня вкусы и “культурка” являются прямыми “потомками” лет, прожитых некогда в одной большой дружной семье под названием СССР. Куда же подевалась эта яркая палитра деятелей искусств и пестрый ансамбль гремящих на весь свет театров и музыкальных коллективов? Почему приобретенная свобода не сплотила, а разметала их по свету? И как так вышло, что, дорвавшись до долгожданной свободы, мы не стали “штамповать” шедевры, а наоборот — принялись производить, пардон, клоачную продукцию?! Я отнюдь не пытаюсь позиционировать нашу страну в данном аспекте как некого урода. Напротив, я говорю о процессе, который переживает сегодня весь мир, а в большей степени — постсоветское пространство. И мы, будучи накрепко связаны с ним посредством ТВ и интернета, всего лишь отвечаем на этот процесс… своеобразной взаимностью.
— Что же мешает в целом изменить существующую систему ценностей в искусстве?
— Сегодня надо эти ценности не изменять, а пробуждать (в каждом из нас, я искренне надеюсь, они дремлют…). Проблема эта, повторюсь, не только нашей страны. Просто если у нас “синдром рабиса”, то в России — матерные и блатные песни, а, скажем, в США — мерзейшее исполнение музыки “кантри”. Это то, чем каждый народ пытается убить свое время. Лишь когда человек перестанет подобным образом относиться к своей жизни и начнет ценить каждый ее миг, изменится и система ценностей в культуре и в любой иной сфере…
— Поговорим о Саакянце-клипмейкере. Это попытка самовыражения в ином формате или, извини, необходимость, продиктованная суровой реальностью?
— В большинстве случаев это отдушина! Благо зачастую я работаю с людьми, которые не “заковывают” меня в какие-либо рамки, а посему у меня возникает возможность заниматься творчеством в самом приятном смысле этого слова.
Однако, не скрою, я согласен также с тем, что наличие строгих ограничений в рамках конкретно поставленной задачи, а следовательно, необходимость максимально достойно и со вкусом “выкрутиться” из подобной ситуации, порой весьма плодотворно влияют на творчество. Работая даже над абсолютно коммерческими проектами, я не только не позволяю себе опускать планку и скатываться до ширпотреба, но и достигаю результатов, которых, уверен, при абсолютной свободе действий я бы не получил. Причем как в мультипликации, так и в создании клипов.
— Ты недавно вернулся из Екатеринбурга с фестиваля под названием “Кинопроба”. Там были показаны фильмы Роберта Саакянца. Не совсем ясно, каким образом понятие “кинопроба” может относиться к такому именитому режиссеру-мультипликатору, как Роберт Саакянц.
— Действительно, 1-4 декабря в Екатеринбурге состоялся VI Международный фестиваль-практикум киношкол “Кинопроба”. В рамках фестиваля, а точнее — за день до его старта, в программе детской анимации была представлена ретроспектива фильмов отца, а также мои новые работы, в том числе двадцатиминутный фильм на стихи Наапета Кучака. Что же касается непосредственно “Кинопробы”, то это не только фестиваль-конкурс, а в первую очередь это фестиваль-школа, где начинающие кинематографисты анализируют работы коллег, принимают участие в мастер-классах именитых режиссеров, знакомятся с историей кино…
Весьма приятный факт: оказывается, в Екатеринбурге по одному из местных телеканалов транслируется цикл передач под названием “Наследники Урарту”. Организаторы “Кинопробы” посредством этой программы узнали о новых мультфильмах Роберта Саакянца и предложили ему представить на фестивале как доселе не известные российскому зрителю, но популярные в Армении, так и абсолютно новые его работы. Отец принял это приглашение, но… После того, что случилось в сентябре, я просто был обязан повезти его фильмы на фестиваль. Работы были очень тепло приняты зрителем. И это весьма знаменательно в первую очередь для нашей страны, что международный фестиваль в Екатеринбурге стартовал аншлагами армянских фильмов.
— Мы дошли до очень болезненной темы: армянская культура скатывается в абсолютную азиатчину, где темп и настроение диктует серость и плебейщина, а аудитория, страдающая избытком “турецкого” гена, всячески этому потакает…
— Диктовать и потакать может кто угодно и сколько угодно. Однако не будем забывать, и слава богу, что планки на сегодняшний день устанавливают далеко не те, кто держит в руках этот импровизированный флаг “субкультуры”. Еще задолго до их появления эти планки существовали, и, смею вас уверить, для всего мира продолжают оставаться на ранее заявленной высоте. Просто кто-то дотягивается до нее, а кто-то — увы, нет.
Теперь о генах. Ни для кого не секрет, что во время застолий после изрядного возлияния мы не так уж противимся песням в стиле “рабис” в исполнении Татула или того же Спитакци Айко. Более того, мы слушаем эту музыку, танцуем под нее и произносим тосты, искренне желая друг другу счастья, здоровья и процветания. Получается, что с пробуждением в нас доброго и человечного обнаруживается также наше, мягко говоря, азиатско-мугамистое начало? Возникает вопрос — а может, мы “боремся” за то, за что, увы, не надо бороться? Может, не стоит пытаться силой вогнать себя в личину “культурного европейца”?
Наша борьба за очищение оскверненного генома и все то, что на этом фоне в реале происходит, аналогично битве шоу-бизнеса и национальной культуры. Ни с одним из перечисленных факторов мы бороться не в силах, да это и бессмысленно. Это параллельные прямые, а они, как известно, не пересекаются. Мы же насильно пытаемся их пересечь. Надо просто уверенно идти по той колее, которую считаешь верной, и ясно осознавать, что единственное спасение — это существование в мире и гармонии. То, что искусственно и преходяще, отомрет само собой…
— Твоим детям, как и некогда тебе самому, определенное время придется мириться с “клеймом” потомка известной личности. Как ты отнесешься к их профессиональному выбору — станут ли они продолжателями династии мультипликаторов Саакянцев?
— Я полюбил мультипликацию через отца и пошел по выбранному пути, ни капельки не мандражируя от того, что меня некоторое время воспринимали исключительно как сына Роба Саакянца. Я никогда не чувствовал себя в тени этого человека — я был с ним рядом. И он тоже так считал. И если мои дети, которым еще очень долго придется называться внуками Роба Саакянца, прежде чем именоваться моими потомками, окажутся когда-нибудь рядом со мной, как я некогда оказался рядом с Робертом, то я буду только счастлив!
Рубен ПАШИНЯН