“Бал правят прежде всего олигархи…”

Архив 201011/11/2010

Доктор филологических наук профессор Азат ЕГИАЗАРЯН — один из тех представителей интеллигенции, которые озабочены положением в духовной сфере нашей жизни. По его мнению, духовная сфера постоянно сдает позиции. С ним трудно не согласиться. Свою обеспокоенность он не таит в себе, а стремится поделиться с согражданами. Открытый разговор он считает одним из способов привлечь внимание к наболевшим вопросам.

— В советские времена вопрос духовного и материального так остро не стоял. Я не большой поклонник советского периода, но хочу быть объективным. Приведу слова очень интересного писателя Вазгена Шушаняна, жившего во Франции: “Я, конечно, отвергаю все гонения в Советской стране, но одна черта этого общества мне импонирует: деньги там не имеют той власти, которой они обладают на Западе”. Я разделяю его мнение. Не деньгами определялась наша жизнь. Общество не поклонялось “золотому тельцу”. “Золотой телец”, увы, стал нашим богом. Это очень опасно, но мы это недооцениваем. И переходный период тут ни при чем. Что-то происходит очень радикальное в нашем обществе. Есть ценности, которые намного важнее любых денег, но о них забывают. Роль денег активно выпячивается на первый план. Наивно отрицать ее, но чтобы они так довлели и царствовали над духовным началом — такого не было. Простейший пример. Говоря о каком-нибудь новом фильме, в первую очередь акцентируют, во сколько миллионов он обошелся, а не собственно сам фильм.
У нас, к сожалению, бал правят прежде всего олигархи. Они главные люди в обществе. Их имена хорошо всем известны. Они делают и хорошие дела, но вся совокупная их деятельность в некоторой степени представляет угрозу для такой небольшой страны, как Армения. Западу это не грозит.
— Произошел некий тектонический сдвиг…
— В начале XX века Манташев не имел такого авторитета в армянском обществе, какой имел Туманян. Тот самый богатейший Манташев, который так много сделал для национальной культуры. Общество гораздо выше ценило именно интеллигенцию, мтавораканов — духовных лидеров нации. Народ был воспитан в почитании духовных ценностей, культуры.
Сейчас в Армении создается культ денег и богатства. Место интеллектуальных лидеров занимают просто богатые люди. Оказалось, что наше общество не имеет идей, которые нивелировали бы финансовую составляющую — всю эту “денежную массу”. Нет движущих идей. В начале XX века были две идеи — социальной справедливости и христианская. Они обладали большой силой. А что сегодня? Богатство любой ценой? Богатство — не идея, к тому же оно имеет недолгую жизнь. Это не может вести народ вперед.
— Что вы имеете в виду, говоря “вперед”?
— Вперед? Это счастье, счастливое общество. У Туманяна есть великолепная сказка “Золотой город”. Странник попадает в этот город и спрашивает, кто им правит. Оказывается, царица. “Она очень сильный правитель?” — спрашивает странник. Да, говорят, очень сильный: она знает секрет счастья, знает, как сделать своих подданных счастливыми”. Сейчас счастье для большинства — это деньги, виллы, машины, дача, и далее одни только материальные блага.
Недавно в “Дружбе народов” я прочитал статью “Нужен ли идеал человеку?” В России задаются этим вопросом, а мы? У каждого в отдельности, конечно, некое представление об идеале есть, но вот у общества в целом есть ли? Как я замечаю, в наше время об этом мало кто думает. Вот удачливый бизнес — да, идеал. Делать деньги. Делать деньги для счастья. Остальное эфемерно.
Это слово вообще не произносится. Туманян — я его горячий поклонник и много лет занимаюсь его творчеством — считает, что счастье — это возможность одарить счастьем других. Кто бы ни был. Об этом у нас и речи практически нет. Так что появилась опасность превратиться в образцовых богатых, но диких существ.
— Но разве одни только мы такие? Наверное, все же нет? Дикий капитализм, он действительно дикий, беспощадный. И на Западе тоже.
— Нет, конечно, но оставим Запад в покое, возьмем родное СНГ. В СНГ везде происходит то же самое. Россия — вот она может противостоять фальшивым ценностям, бороться с ними. По крайней мере пытаются. Там нашлись такие интеллектуалы. У них даже новое понятие появилось — просвещенный консерватор, то есть человек, выступающий за классические национальные ценности, которые и там исчезают. Там, в России, идет полемика, там спорят — общество соучаствует в этом процессе. У нас — нет. В первые годы независимости к интеллигенции прислушивались — сейчас уже нет. Да и она замолкла, загнанная в угол.
— И желания нет особенного.
— По телеканалам интеллигенцию не услышишь, иногда ей уделяют место газеты, но газеты читает малая часть общества, главная сила — телевидение.. Но там давит реклама, она создает и пропагандирует свои ценности. И не только реклама. Даже спорт — это прежде всего стоимость спортсмена и его вознаграждение, за сколько купили или продали. О бесконечных шоу и юмористических передачах уже не говорю — все сказано-пересказано. Да что спорт — модель применима в любой области культуры.
Есть и проблески. Так, ОАТ представляет цикл “»с· »с·бу”, посвященный традиционному песенному искусству, но это капля в море эфира. Ничтожно мало звучит классика. Шоу, шоу, шоу и плоский животный юмор в потоке всеобщей безвкусицы — вот печальная картина. Это меняет психологию людей.
Наше поколение еще имеет представление об истинно национальных и всеобщих ценностях, а молодежи разобраться трудно, ей, мне кажется, просто не дают возможности это сделать. Они видят успешного, но необразованного богача, занимающего почетное место в современном обществе, и думают: на кой мне учиться. Переубедить его очень трудно. Невозможно. Зачем знать литературу, искусство, язык, если и без этого вполне можно обойтись? Что на это возразить?
— С языком тоже не все благополучно…
— Более чем неблагополучно. Мы записали в Конституции, что государственный язык Армении — армянский, но реальной заботы о нем нет. Язык для нас издревле был высшей ценностью. Кстати, столько поэтических строк о своем языке мало у кого есть. Ну зачем английскому языку посвящать стихи? С ним и так все ясно — никаких опасностей не предвидится. Это для нас язык был оружием, основой, твердыней армянской идентичности.
Но что с ним стало? Ошибки и извращения на любом уровне! В том числе на телевидении. Чудовищные ошибки! Создали специальную Инспекцию по языку, но не дали ей никаких полномочий. У них нет никаких прав! В то время как везде можно увидеть англоязычные вывески и т.д., часто армянскими буквами. Зачем, к примеру, пишут идиотское market, хотя это просто магазин, ЛіЭбхГ. Говорят, бизнес требует.
— А может, это свидетельство обогащения языка?
— Куда там! Мы не можем себе позволить таких послаблений. Заимствования неизбежны, но с умом. Русские могут — это многочисленный этнос, они могут не бояться, но и там ведут борьбу. А угроз армянскому языку много. Мы выступали против русских школ, но не против русского языка. Иноязычные школы действительно представляют опасность для нашего языка и в известной степени задевают наше достоинство. У немногочисленных народов своя правда, и их надо понять. Хочу напомнить, что в этом мы вовсе не одиноки — так думают повсюду, в том числе и во всех бывших союзных республиках. Образование на национальном языке вовсе не ущербно, как некоторым кажется. Армянский язык богат, просто надо поднять уровень преподавания прежде всего в школе. А школа, по-моему, пребывает в далеко не лучшем состоянии.
— И что же предлагаете делать?
— Прежде всего покончить с коррупцией в школах. Ребенок с малых лет привыкает, что надо дать деньги, чтобы что-то получить. И далее до конца. Вот корень зла. Искоренить коррупцию нелегко, невозможно, пока не будет кардинально выправлена ситуация в обществе. Молодежь видит, что невежа сколотил миллион, а ученый мыкается, еле дотягивая до зарплаты. Он получает меньше, чем уборщица в банке. Это ли не отношение государства к духовной сфере? Мы назвали свою Академию наук Национальной академией, национальным достоянием, но отношение к ней за годы независимости не изменилось… Примеров — тьма.
В итоге мы к коррупции относимся не то что нейтрально, а даже с некоторым одобрением. Неважно, как ты делаешь деньги, важно, что их имеешь. В целом общество смирилось с этим явлением.
— Общество заставили с этим смириться…
— Ну да. Борются, произносят речи, но ничто на деле не меняется. Ладно когда коммерсант имеет деньги. Но откуда у госслужащего средства на две смежные квартиры на Северном проспекте? Откуда? Трудно вычислить и потребовать разъяснений? Но все спокойно. Этот образ жизни, эта модель общества ведет в никуда. Надо изменить общество, отношение его к своей стране. Необходимы духовные ценности.
— Какую ценность нам надо внедрить, положим, завтра?
— У меня нет ответа. Ведь сегодня даже христианская церковь расходится по швам.
…У нас есть отличная молодежь, но она потеряла ориентиры. Она не видит перспективы в занятиях наукой, зато видит ее в бизнесе. Гуманитарные науки отошли на самый дальний план. Если так пойдет и дальше, нас ожидает неопределенное будущее. А мы ведь выживали три тысячи лет… Я думаю, прежде всего людей может изменить культура, искусство. Но искусство становится больше украшением жизни, чем ее органичной частью, как некогда. Я имею в виду искусство в целом во всех проявлениях. Да, организуются театральные и музыкальные фестивали, выставки и т.д., но это только для очень небольшой части общества. Вот был вечер памяти Рубена Заряна, очень хороший вечер, но в зале присутствовали те же хорошо знакомые люди. Никого нового, незнакомого. Понятно, олигархи в подобные места не идут — им это чуждо. Очень сожалею об этом.
Беседовал