Артем ЕРКАНЯН: “Ничего страшного, если Грузия и Армения выбрали разные политические векторы развития”

Архив 200918/07/2009

Какие пути развития выбрали Армения и Грузия, каковы отношения между двумя соседними странами, что способствует и что мешает развитию этих отношений, какое место в их отношениях занимает Джавахк? На вопросы газеты “Самхретис карибче” (“Южные врата”) отвечает журналист Артем ЕРКАНЯН.

— Как вы оцените текущий период в армяно-грузинских отношениях?
— Один британский общественный деятель, священнослужитель Уильям Инг, однажды дал очень интересное определение понятию “нация”. Он сказал: “Нация — это сообщество людей, объединенных иллюзией общего происхождения и общей ненавистью к соседям”. Это нормально, когда соседи друг друга недолюбливают. Так было везде и в Европе. И это обычно обостряется после распада империй. Мы переживаем тот самый период. Ничего страшного в этом не вижу. Французы к немцам относились примерно так же, как мы к грузинам, и наоборот. Со временем это примет куда менее острые формы.
— Значит ли сказанное вами, что между нациями этих государств есть некая ненависть?
— Я не говорил о ненависти, я сказал “недолюбливают”. Прошу вас, будьте очень осторожны, когда будете переводить это слово. Если армянский и грузинский обыватель друг друга слегка недолюбливают и не до конца друг другу доверяют, это вовсе не значит, что между странами есть проблемы.
— Судя по официальным визитам глав правительств двух стран, отношения более чем дружеские…
— Отношения не такие дружественные, как хотелось бы. Кстати, между Грузией и Азербайджаном эти отношения тоже вовсе не такие дружеские, как может показаться. Алиев может демонстрировать дружбу с Саакашвили, но между народами нет этой дружбы. Это лишь политическая декларация, это иллюзия, которая создается пропагандой. Отношения между азербайджанским и грузинским обывателем такие же натянутые, как между армянским и грузинским обывателем.
— В чем расходятся интересы Армении и Грузии?
— Это прежде всего выбор политического вектора развития. Если Грузия сделала ставку на Запад, на НАТО, на США, то у нас ставка на Россию, на ОДКБ. И, может быть, только в европейском направлении у нас совпадают позиции. А проблема Джавахка — это серьезная проблема, где есть наши национальные интересы, которые мы должны отстаивать в любом случае. Независимо от того, насколько это будет нравиться Грузии.
— Экономическая зависимость Армении от Грузии несомненна. Может ли ухудшение грузино-российских отношений повлиять на внешнюю политику Армении?
— На внешнюю политику — нет. На экономическом положении сказывается, на социальном положении сказывается — на уйме факторов, но не на внешней политике. Внешняя политика не меняется. К счастью, Армении удается сохранять здоровый нейтралитет. В данном случае ситуация лучше, чем могла бы быть: мы, слава богу, достаточно прагматично подошли к проблеме и не испортили с Грузией отношения. Мы не перешагнули ту черту, за которой грузины могли бы на нас обижаться. Мы не подставили Грузию. Я уверен, что это так, и считаю это очень важным. Мы просто не имели права ее подставить. И, кстати, из-за этого на нас было определенное давление со стороны России. Оно есть и будет. Но мы должны его выдерживать, потому что нам ни в коем случае нельзя портить отношения с Грузией. Если у двух наших партнеров есть между собой проблемы, то мы можем предложить свои услуги в разрешении этого конфликта — этим наша роль должна ограничиться. Армения не обязана становиться на чью-то сторону.
— А что значит Джавахк для Армении, насколько страна заинтересована и озабочена вопросами этого края?
— Я скажу свою личную, персональную точку зрения, которая, возможно, не очень популярна. Я хочу только одного — чтобы мои соотечественники в Грузии не создавали мне проблем. Если им будет плохо, мне тоже будет плохо: я буду переживать за них, буду вынужден за них заступаться, буду вынужден защищать их интересы. Это может привести к ухудшению отношений между нашими странами. Это меркантильный такой интерес. Я не хочу армянской автономии в Джавахке. Я не хочу, чтобы губернатор был армянином. Я хочу лишь, чтобы моих соотечественников там не оскорбляли, не унижали, не ущемляли их национальное достоинство, хочу, чтоб Джавахк остался армянским.
— А как могут ущемлять национальное достоинство джавахкцев?
— Меня не убеждают заявления грузинских государственных деятелей о том, что в Джавахке проблемы исключительно социальные и что те проблемы, которые есть в Джавахке, еще в более острой форме присущи всем другим грузинским регионам. Это не так. Гражданские и национальные права моих соотечественников в Джавахке, к сожалению, порой ущемляются.
— Чем может помочь Армения Грузии в решении проблем Джавахка?
— Мы не можем не нести ответственность за безопасность своих соотечественников. В то же время мы должны с пониманием относиться к национальным интересам Грузии, которая вправе бороться с попытками внешних сил будоражить местное население, провоцировать его на антигрузинские действия. Очевидно, этот фактор имеет место. Руководство Армении может и должно помочь Грузии понять кто есть кто, отделить мокрое от сухого. Кто действительно работает на внешние силы, а кто — истинный патриот, обеспокоенный судьбой соотечественников. Порой я сам затрудняюсь понять кто есть кто. Имена многих джавахкских деятелей сейчас на слуху. Они подвергаются преследованиям грузинских спецслужб и правоохранителей. Я не хочу называть имен, но за некоторых из них я не хотел бы заступаться. Я понимаю, что эти люди не могут не быть агентами влияния третьей стороны. И вот я не знаю, имею ли я право защищать их или нет. Вот здесь перед руководством Армении тоже серьезная дилемма. Мы сами должны понять — где этот водораздел. Где кончается право грузинского государства бороться с внешним влиянием и где начинается ущемление гражданских прав армянского народа Джавахка.