Армянская одиссея Евгении Филатовой и Елизаветы Кобзар

Архив 201606/10/2016

Полку граждан Армении прибыло – две россиянки этим летом приняли решение о переселении в Армению. И вовсе не потому, что на том настаивала скучающая по ним родня. И даже не потому, что так решили их родители. Ни у Евгении Филатовой, ни у Елизаветы Кобзар здесь нет родных. Да и понятие «зов крови» применимо к ним с большой натяжкой – Елизавета русская. А в жилах Евгении течет русско-польская кровь, а также армянская — армянином был дедушка по линии отца, ушедший из жизни задолго до ее рождения. Что же привлекло обеих в Армению, что подвигло их на прозвучавшее во время интервью твердое: «Мы остаемся здесь навсегда!»?

«Возможно, это мои армянские корни…»

Евгения Филатова впервые побывала здесь по бюджетному турпакету: она ввела запрос в поисковик, выдавший судьбоносный вариант: Армения.

Дело было в 2014-м. Несколько дней на Севане, в Гарни, Гегарде, Дилижане, Хор Вирапе произвели благоприятное впечатление. Но не зацепили ее настолько, чтобы каждое упоминание об исторической родине заставляло сердце щемить. Спустя год, в свой очередной отпуск, Евгения держала путь вовсе не в Армению, а в Сербию. Маршрут пролегал через Грузию. «И вот тут-то началось. Когда на автовокзале я вдруг увидела маршрутку «Тбилиси — Ереван», то сердце сжалось: «Как? Армения рядом, а я даже не могу туда попасть? – вспоминает она. – Едва вернувшись из Грузии, купила билеты в Ереван». Во вторую поездку женщина захотела узнать о своих армянских корнях. Единственная информация, коей она располагала, – дед родом из лорийского Гяргяра. Поехала в Лори, обзавелась друзьями в Алаверди. Но выяснила: дед вовсе не из этого края, а из Арцаха. «Стоит ли говорить о том, какой интерес это во мне разожгло?! К сожалению, отпуск заканчивался, и я решила побывать в Арцахе в следующий приезд, – вспоминает Евгения. – Вернувшись в Москву, с октября и по март я, без преувеличения, страдала. Каждое упоминание об Армении, о полюбившемся Ереване – словно нож в сердце. Начала глубже узнавать историю, культуру народа, слушала много музыки. Дело дошло до того, что у меня, взрослого и вполне уравновешенного человека, неожиданно появлялись слезы при первых же звуках песни «Тун им айрени».

Однако принять решение о переезде в Армению было непросто: 23-летнему сыну – студенту 4-го курса факультета звукорежиссуры ВГИКа – все же еще требуется забота, поддержка. Наконец, Евгения была редактор-корректор в крупном сетевом американском рекламном агентстве и в издательстве медицинской литературы и неплохо зарабатывала. Словом, в течение девяти месяцев до принятия кардинального решения она побывала в Армении 5 раз! «Решающей оказалась весенняя поездка в этом году. Я вернулась и спросила Василия: «Ну что, меняем квартиру?» Сын обрадовался: «Я справлюсь! И приготовлю себе, и постираю – я взрослый! Поезжай!» 13 августа я обосновалась в съемной квартире, поселившись в Ереване окончательно. Позже намерена разменять московскую «однушку» и купить жилье в Ереване. Пусть не в самом центре, но не это важно – важен дух страны, который захватил меня навсегда», – говорит Евгения.

— Но ведь перекроить столь кардинально жизнь на пятом десятке – не поле перейти. У нас климат, люди, отношения – все другое. Вам же, выросшей вне армянской среды – ваш отец, армянин наполовину, ушел из жизни, когда вам было два года, – удастся ли адаптироваться?

– Пока рано загадывать наперед. Но, думаю, все получится. Я с самого начала была очарована не столько пейзажами, сколько людьми, отношениями, душевным климатом. Моя мама серьезно заболела, когда я была еще совсем маленькой, и детство прошло в Ялте. Но мы чувствовали себя там как в командировке. Я очень люблю Москву. Но и Ереван,  другие города — особенно Степанакерт — уже вторая половина моего сердца. Как же я без него?

— Все это – романтика. Между тем существует реальная жизнь, с ее весьма скромными зарплатами, сложностями при трудоустройстве, языковым барьером…

— После школы я осталась совсем одна и привыкла пробиваться сквозь тернии. Я знаю о здешней зарплате. И сложности, конечно, будут. Они есть уже сейчас: с одной работы мне пришлось уволиться, на второй все шатко. Но есть интернет-подработки, которые позволяют сводить концы с концами. К слову, на поездку в Арцах сразу после переезда в Ереван я заработала именно таким образом. Но для меня даже не так важно много зарабатывать в Армении, я человек аскетичный. Здесь я  хочу наконец испытывать чувство морального удовлетворения от того, что делаю. С ранних лет мечтала стать музыкантом  (даже поступила сразу на второй курс одновременно двух факультетов в Симферопольском музучилище), затем режиссером кино. Но, в силу обстоятельств, ни то, ни другое не срослось. По желанию мамы поступила в Институт иностранных языков. Но моя гуманитарная жилка для меня лишь ремесло, приносящее доход. Поэтому я намерена компенсировать упущенные возможности. И компенсировать с пользой для страны, которую полюбила всем сердцем.

— Вы информированы о нашем уровне безработицы?

— Конечно, информирована. Но надеюсь все же не остаться без дела. Сейчас работаю над благотворительным проектом. Путешествуя по Армении, с ужасом открыла для себя, что многие ребятишки в марзах ни разу не были в Ереване, а Арарат видели на картинках! Сейчас я вынашиваю идею благотворительных поездок-экскурсий для детей из необеспеченных семей. Дай Бог, выгорит. Что касается адаптации, то уже сейчас я чувствую себя больше армянкой. На рынке, в такси, всюду, где возможно, прошу говорить со мной на армянском. Не знаю, может это мои армянские корни тянут меня к земле Армении?..

— Вы понимаете армянский?

— Я начала изучать его после третьей или четвертой поездки. Алфавит освоила за месяц, и сейчас не только отчасти понимаю, но и медленно по слогам читаю. Еще в Москве подписалась на армянскую прессу. А недавно с таксистом – армянином из Сирии пообщалась довольно продуктивно: и про жизнь, и про быт. Оказалось, одного поля ягоды.

— С той лишь разницей, что переезд сирийских армян вполне объясним и принимается как нечто естественное. В вашем же случае наверняка было немало удивленных взглядов?

— Да. Например, моим друзьям в Алаверди был очень приятен сам факт переезда, но однажды, конечно, прозвучало: «Женя, я мечтаю, чтобы моя дочь с внуками уехала, а ты сюда хочешь?!». Правда, при этом меня тут же крепко обняли и сказали: «Все-таки ты совсем армянка, у тебя душа наша!»

— Вы недавно вернулись из Арцаха, и мечтаете бывать там снова и снова. Исколесили почти всю Армению, такое ощущение, что удовлетворяете некий туристический интерес. А что, если в какой-то момент наступит пресыщение Арменией и захотите вернуться в Москву?

— Сейчас, несомненно, идет мое погружение в новый армянский мир. Но то, какие у меня ощущения – а я чувствую себя здесь дома, на своем месте – не позволят мне покинуть Армению. Поверьте, так хорошо мне не было нигде. И если в какой-то момент я побываю в  каждом уголке своей исторической родины, то не оставлю ее ни за что. Буду просто жить. Жить там, куда привело меня мое сердце!

«Хочу стать частью армянского общества…»

Для Елизаветы Кобзар, так же как и для Евгении Филатовой, поворотным стал тот же 2014-й год. Первый в жизни отпуск 30-летний кандидат наук, преподаватель иностранных языков Санкт-Петербургского педуниверситета решила провести в нашей стране неспроста – еще в студенческие годы была дружна с армянкой. Армине, уехавшая в Питер вместе с семьей в 1992-м, поддержала Лизу, когда та – единственная в группе питерцев «иноземка» из Новгородской области – чувствовала себя совершенно неприкаянно. Семья подруги принимала ее по-армянски тепло. С тех пор у Елизаветы и зародилась идея побывать в Армении. Осуществить мечту удалось уже в качестве преподавателя своей alma mater. Армине, к тому времени вышедшая замуж за немца и уехавшая в Германию, как ни странно отговаривала: «Зачем тебе это нужно?». Но Лиза была непреклонна, и в августе 2014-го уже штурмовала армянские горы: «Мне повезло, я познакомилась с отличными ребятами, организующими такого рода турпоходы. И мы обошли едва не пол-Армении: побывали на горе Артаниш, в Татеве, облазили массу горных круч. Покорила не только красота, люди везде нас встречали как родных. А в одном из сел навстречу вышли бабушки с горой лаваша в руках и спросили: «Хотите?». Мы ответили: «Конечно. Сколько стоит?». На что те удивленно переглянулись: «Да бесплатно. Угощайтесь»! Я была просто в шоке. Чтобы в моем родном селе под Великим Новгородом кто-то вышел бы к туристам с горой блинов?.. Словом, уже первое мое путешествие влюбило меня в Армению», — рассказывает Елизавета.

Во второй раз судьба свела Кобзар с армянами в Австрии на курсах повышения квалификации: в разговоре с коллегами Лиза восторженно заявила о своей любви к их стране. На что те ответили: «А в чем дело? Переезжай, нам специалисты такого уровня нужны!» «И вот я здесь. Неожиданно после беседы в Австрии, от друзей из Армении – к тому времени их у меня появилось немало – поступила информация об открытии в Американском университете курса по русской культуре. Я отослала свою программу и получила добро. Был заключен контракт на один семестр. Я собрала чемоданы, и в июле переехала в Ереван. А позже прилетел и мой 8-летний сын Роман!» — продолжает она.

— И вы отважились на переезд в малознакомую среду с ребенком через несколько месяцев после 4-дневной войны в Арцахе?

— Да. И ни капли не жалею! В Питере нам с Ромой не было так комфортно, как хотелось. В школе с углубленным изучением немецкого уже на первой неделе 1-го класса сына обокрали, в классе нередки были драки. Здесь Ромка уже отлично освоился, пошел в 3 класс школы им.Чехова. Первого сентября восторженно заявил: «Мама, здесь такие воспитанные дети!». Это стало для меня еще одним подтверждением правильности моего выбора. Что касается обстановки в Арцахе и на границе… Знаете, все четыре апрельских дня я жутко переживала за Армению. По ходу моих периодических «набегов» — а за два года я побывала здесь пять раз — появилась масса друзей и знакомых. И все мои мысли в те дни были с ними: как они там? Единственное, о чем я жалела, что не обосновалась здесь раньше…

— В вас нет армянской крови, вы не знаете здешних традиций и языка. Как же намерены адаптироваться?

— Нет, почему же, я уже немного знаю армянский. Изучать его начала еще до решения о переезде. Дело в том, что дети моей подруги Армине разговаривают с папой на немецком, а с мамой – на армянском. И хотя мне, преподавателю немецкого, проще было бы пустить в ход этот язык, я все же решила освоить язык мамы. Сейчас, будучи в Ереване, я читаю и даже объясняюсь в магазине, на улице. Знать язык – это элемент уважения к стране, которая тебя приняла, дала тебе дом, работу, друзей. К слову, нет и дня, чтобы у меня дома не было гостей или чтобы меня не приглашали в гости. В Армении просто уникальная атмосфера дружелюбия, которая меня завораживает – здесь не хамят в магазинах, уважают на дороге (а я водитель со стажем) и даже помогают, если идешь с тяжелыми сумками. Вот эта простота общения и влюбила меня в этот замечательный край!

— Но неужели все так идеально? Наверняка, с учетом уровня миграции в Армении, ваше решение о переезде мало кто понимает и принимает, в том числе и в нашей стране…

— Единственный случай недоумения имел место не в Армении, а на погранпереходе. Я ехала сюда на своей машине через «Верхний Ларс». И осетинский пограничник, услышав в ответ на вопрос, на сколько времени еду — «навсегда» — обомлел: «А что, у вас там в России работы нет, что ли?». В Армении же все, кто узнает о моем решении, не скрывают восторга: «Ух ты, здорово!»

— А что если эйфория от первых месяцев пребывания пройдет, или, скажем, не будет продлен контракт в Американском университете. Подадитесь обратно?

— Ни за что! В Питер я не вернусь ни за какие коврижки. Это культурный центр, но это не город для жизни: ни климат, ни человеческая атмосфера, увы, не подошли нам с сыном. Мы жили совершенно изолированно, сын не знал, что такое играть во дворе. Здесь же Ромка счастлив. Счастлива и я. Что касается работы, то если не сложится в этом вузе, то попытаю счастье в другом – немало предложений поступает из институтов, школ, от желающих заняться частным образом. А я владею шестью языками, три из которых преподаю. Так что уже в скором будущем буду подавать на вид на жительство. Уж очень я хочу стать частью общества той страны, что возродила во мне вкус к жизни! И я готова повторять без устали: «Армения, ес кез сирум ем!»