Армянин-бомж — звучит как анекдот?

Архив 201015/05/2010

“Армян-бомжей не бывает. Армяне предприимчивы, оборотисты, смекалисты, дорожат родственными связями и не склонны к лени в отличие от представителей некоторых иных народов. Согласитесь, что армянин-бомж звучит как анекдот” — прочитала я как-то на одном из интернет-форумов, участники которого обсуждали особенности разных народов. Процитированный постинг принадлежал греку. Со стороны мы выглядим благополучнее, чем есть на самом деле. Впрочем, неоднократно доводилось слышать, что нищих армян можно встретить лишь в Армении. И это совсем не анекдот.

Впечатление, что бомжей на ереванских улицах становится все больше и больше, сказала я в беседе с руководителем одного благотворительного фонда, на что он вроде невпопад ответил: “С богатством кожа у людей становится толще. Чувствительность притупляется — им нет дела до бедствующих. Оттого и бомжей больше”.
Сколько их, людей без постоянного места жительства, в нашей, так сказать, столичной действительности и как они оказались на улице — в точности никто не знает. Да и кому это интересно? Пожалуй, лишь людям сердобольным, а сердобольные, как правило, не наделены ни властью, ни богатством, чтобы облегчить участь оставшихся без крова бедолаг.
У каждого из них своя история “выхода” на жизненную обочину: кто-то стал жертвой аферистов, кто-то сглупил, кто-то был вынужден расстаться с собственным жильем, чтобы оплатить долги или лечение близкого человека, кто-то пострадал из-за столь нетипичной для армян родительской нелюбви… Но большинство бомжей — беженцы из Азербайджана и бывшие детдомовцы.
…У 17-летнего Нвера никогда не было дома. Он и его брат выросли в детдоме. Сейчас оба на улице — без жилья, без родных… Беглого взгляда достаточно, чтобы понять: у Нвера инвалидность, он нетрудоспособен. Кому нужен такой человек, да притом еще сирота?! Братьев “усыновила” улица, точнее Хачик Адамян, такой же бездомный, с отмороженными из-за прошлогодней зимовки в парке ногами. Они создали свою “коммуну” из десяти человек. Днем выходят на заработки в центр столицы. То, что набирается, складывают в общий котел, чтобы оплатить ночлег за три тысячи драмов ежесуточно в лачужке с крысами на Комитаса.
Семья Арама Микаеляна и Нарины Мартиросян живет попеременно то на улице в палатке, то в съемных комнатенках, из которых их постоянно гонят из-за больного сына. 16-летний Нарек страдает ужасными головными болями из-за наличия трех кист в мозгу. От боли он вопит, буквально лезет на стенки, причиняя, скажем чинно, неудобства соседям. Отец мальчика — детдомовец. Семья Нарины отказалась принять его в зятья и лишила дочь крова, вот они и скитаются с больным дитем, от которого ни за что не согласились отказаться. Смиренно несут свой крест, уповая на Бога…
Аида Арутюнян по собственной вине оказалась на улице. Продала родительский дом (отец ее был работником ЦК КПА), правда, сама это отрицает — говорит, что в ее квартиру заселились люди, когда она была в отъезде… Сейчас живет под окнами своей бывшей квартиры — обставилась “хозяйством” — коробками, набитыми всякой всячиной для утепления, вместо крыши над головой — целлофан, а внутри “жилища” — топчан с матрацем и испорченный телевизор — “для уюта”, как она говорит. Аида одомашнила большую бродячую собаку — какая-никакая живая душа, да и можно согревать друг друга долгими зимними ночами.
Престарелая Гаяне Гарибян вместе с дочкой, сыном и двумя внуками оказалась без дома, продав квартиру около Оперы, — нужны были деньги на лечение главы семьи. Только лечение прошло безуспешно — супруг ее умер. А семья, оставшись без крова, обитает на окраине Саркавага среди свор бездомных собак. Хозяин одного участка разрешил им жить в жестяном вагончике в 10 кв.м в обмен на заботу об участке. Пять лет они жили без света и тепла. Благо в этом году один из соседей разрешил подключиться к его электролинии. Другой подарил старенький телевизор. Пятилетняя Ани была изумлена — она и не знала, что ночью может быть светло и что в телевизоре столько интересных мультиков.
Историй — множество. Каждый из оставшихся на улице борется за свое существование кто как может. Выживает сильнейший. “Естественный отбор” приходится на зиму. Благо эта зима была теплой, пощадила бедолаг.

Право на жилье — неотъемлемое право человека, закрепленное в Конституции страны. Увы, право это то и дело попирается. В отношении к людям без постоянного места жительства одно постоянно: равнодушие. Хотя, казалось, какая трудность в стране, где с размахом ведется строительство так называемых элитных зданий, построить один большой, скромный дом, чтобы собрать под его крышей всех ночующих на улице. А собрав, раз в день обеспечивать их, сирых, обделенных, горячей похлебкой… Разве это не посильная задача для столичных властей? Не говоря уже о правительстве… Не говоря уже о том, что Церковь могла бы проявить инициативу и собственным примером продемонстрировать, каково это — “возлюбить ближнего”. Возлюбить независимо от того, каков этот ближний — богат или нищ, опрятен или по уши в грязи, здоров или болен… Разве не в этом суть проповедуемых христианских заповедей?
…Немного цифр. Контрольная палата Армении взяла под надзор реализацию программы по обеспечению жильем воспитанников детских домов и детей, оставшихся сиротами. Глава Контрольной палаты Ишхан Закарян отметил, что в период с 1991 года по 1 июля 2009 года в детских домах республики было 507 выпускников, из них 322 человека включены в список нуждающихся в жилье. Из нуждающихся в жилье квартиры получили только 53 человека, остальные 269 жильем не обеспечены. 100 выпускников до сих пор проживают в детских домах, 40 человек проживают во временных приютах, еще 69 живут где придется. Нет, армянин-бомж звучит совсем не как анекдот…