Афины сдали — Астана приняла

Архив 200903/12/2009

В столице Греции завершило работу заседание Совета министров ОБСЕ
Уже 10 лет как ОБСЕ не созывает саммитов глав государств. Хорошо это для нас или плохо — разговор отдельный. Печальный опыт Лиссабонского саммита заставил осознать, что любое решение, декларированное на заседании высшего органа ОБСЕ, может стать для нас судьбоносным.

Ну а пока организация не видит необходимости в созывах высшего органа, политику ОБСЕ продолжает координировать Совет министров, 17-е заседание которого завершило свою работу в Афинах. Подведя итоги своего года председательства в организации, Греция передала “эстафетную палочку” Казахстану, который возглавит структуру с будущего года.

Для нас главным результатом афинского заседания Совета министров ОБСЕ стало принятие итогового заявления, в котором главы внешнеполитических ведомств 56 государств — членов ОБСЕ выразили поддержку усилиям Минской группы и приветствовали готовность сторон продолжать переговоры на основе мадридских договоренностей. Не менее важным было оглашение пятистороннего заявления, с которым выступили в Афинах внешнеполитические ведомства стран — сопредседателей Минской группы вместе с министрами иностранных дел Армении и Азербайджана. (Россию и Францию представляли министры Сергей Лавров и Бернар Кушнер, Соединенные Штаты — заместитель госсекретаря Джон Стейнберг. Хиллари Клинтон в работе заседания не участвовала.) В документе отмечается важность продолжения работы над формированием базовых принципов урегулирования конфликта на основе договоренностей, достигнутых в Мадриде, и приоритетов, декларированных в Майндорфе.
Комментируя совместное заявление, Эдвард Налбандян, в частности, отметил: “Мы долгое время настаивали на том, чтобы мировое сообщество восприняло три важных принципа, на которых должно базироваться урегулирование. Это недопустимость применения силы и угрозы применения силы, право на самоопределение и территориальная целостность. Со временем об этом же стали говорить и сопредседатели. Принятое заявление свидетельствует о том, что сейчас об этом уже говорят и сопредседатели, и Азербайджан”. Министр также сказал, что если на основе выработанных концепций удастся заключить соглашение о базовых принципах, сразу же начнется работа над разработкой рамочного соглашения, к которой непременно должен будет присоединиться Нагорный Карабах. Примечательно, что Азербайджан не стал препятствовать принятию документа, в котором отмечается необходимость учета принципа самоопределения наций. Между тем Баку вполне мог бы воспользоваться своим законным правом вето. Ведь в ОБСЕ все вопросы решаются консенсусом. Означает ли это, что в подходах азербайджанской дипломатии что-то начинает меняться?..
Задолго до начала работы заседания анонсировалась встреча глав внешнеполитических ведомств Армении и Азербайджана. До начала консультаций со своим азербайджанским коллегой Эдвард Налбандян встретился с сопредседателями Минской группы. До этого с Мерзляковым, Фасье и Брадтке успел переговорить Эльмар Мамедъяров. Встреча министров тет-а-тет продолжилась почти три часа. Как всегда, по окончании переговоров главы внешнеполитических ведомств поделились достигнутыми договоренностями с сопредседателями. Но не с журналистами. Хотя, согласно скупому сообщению пресс-релиза, главным предметом обсуждения министров был вопрос о целесообразности принятия Советом министров ОБСЕ специального заседания по Карабаху, ясно, что в действительности Налбандян и Мамедъяров продолжали переговоры с той точки, на которой они остановились в Мюнхене. Спорные вопросы все те же — будущий статус НКР и судьба восточных районов пояса безопасности.

Эдвард Налбандян имел в Афинах и ряд двусторонних встреч. Гостя принял премьер-министр Греции Георгиус Папандреу, который является также министром иностранных дел и до конца года еще будет исполнять обязанности действующего председателя ОБСЕ. Продуктивными были и переговоры с коллегами по ОДКБ, с которыми наш министр провел рабочий завтрак, а также с главами внешнеполитических ведомств Словакии и Эстонии. Что же касается консультаций с турецким министром Ахмедом Давутоглу, то армянская сторона до последнего момента не подтверждала факт договоренности о встрече. Особого смысла в ее проведении в Ереване не видели, поскольку диалог может обрести реальные перспективы лишь после ратификации турецким меджлисом подписанных в Цюрихе протоколов. Инициатором афинской встречи Налбандян — Давутоглу выступила Анкара. По имеющимся у нас сведениям, турецкий министр заверил коллегу в том, что Анкара не отказывается от взятых на себя обязательств и начатый процесс должен будет увенчаться установлением дипломатических отношений.
Но в тот же день бакинские информагентства распространили сведения о том, что в ходе состоявшейся накануне встречи с азербайджанским коллегой турецкий министр вновь подтвердил свою позицию, согласно которой армяно-турецкие протоколы будут ратифицированы лишь в случае достижения соглашения по Карабаху. В своем выступлении на заседании Совета министров ОБСЕ Давутоглу был более корректным. Он лишь упомянул о том, что урегулирование карабахского конфликта поможет формированию атмосферы доверия в регионе в целом, и отметил, что эти два процесса, по его мнению, не могут не зависеть друг от друга.
Жестче было выступление Эльмара Мамедъярова, который оперировал давно знакомыми закостенелыми фразами о “20 процентах оккупированных территорий” и “миллионе беженцев”. Согласно повестке, армянский министр должен был выступать почти сразу после азербайджанского. Потому Эдварду Налбандяну приходилось корректировать акценты своей речи буквально по ходу. В своем выступлении министр обратил внимание на очевидное нарушение Азербайджаном принятого в ОБСЕ принципа недопустимости применения силы и угрозы применения силы. Он отметил тот факт, что вопреки взятым на себя обязательствам Азербайджан наращивает гонку вооружений и намного превзошел квоты, предусмотренные Договором об ограничении обычных вооружений в Европе. Не менее откровенным нарушением принятых канонов являются, по словам министра, предпринимаемые официальным Баку попытки воспрепятствовать развитию политического диалога между Ереваном и Анкарой. Говоря об урегулировании карабахского конфликта, Налбандян подчеркнул приверженность Армении всем основным нормам, изложенным в Заключительном акте Хельсинкского соглашения.
Карабахская тема затрагивалась в выступлениях многих министров. Глава внешнеполитического ведомства Франции Бернар Кушнер, к примеру, призвал Армению и Азербайджан переложить на бумагу и оформить документально уже достигнутые договоренности. Но главной интригой заседания были, конечно, противоречия между Москвой и Тбилиси. По просачивающимся из зала заседаний сведениям, Россия и Грузия противопоставляли себя друг другу при обсуждении почти всех возможных тем. От председательствующего потребовалось немало усилий, чтобы добиться баланса в содержании итоговых документов. В Тбилиси считают успехом собственной дипломатии тот факт, что Совет министров ОБСЕ не выразил поддержки предложения России и ОДКБ о подписании договора о безопасности в Европе, а также о принятии заявления по случая 65-летия победы во Второй мировой войне, в котором содержалось осуждение попыток фальсификации истории.

Примечательно, что на заседании Совета министров по приглашению премьер-министра Греции присутствовал исполнительный секретарь ОДКБ Николай Бордюжа. Страны ОДКБ на заседании выступали с единых позиций, что вселяет надежды на то, что являющийся членом этого альянса Казахстан в период своего председательства в ОБСЕ будет следовать своим союзническим обязательствам. Официальная Астана настаивает на своевременности созыва у себя нового саммита глав государств. Это для Назарбаева дело чести его страны. Страны ОДКБ, нынешний председатель ОБСЕ Греция, Турция, Азербайджан и ряд других государств поддержали эту инициативу. Но Соединенные Штаты, Британия и многие их партнеры пока выступают против, полагая, что Совет министров вполне справляется с возложенными на него функциями и время принятия кардинальных решений не пришло. Для нас же важно, что если саммит все же будет созван, то состоится он в период председательства страны, являющейся нашим союзником по ОДКБ. Роль председателя крайне важна, если иметь в виду, что в Лиссабоне известный антиармянский документ был принят именно в виде заявления председателя. В ОБСЕ, как известно, все документы принимаются консенсусом, но, наложив вето, мы не сможем воспрепятствовать оглашению заявления председателем. А такого рода документ тоже является официальным и может иметь судьбоносную роль. Посему Армения изначально крайне ответственно отнеслась к вопросу о том, как следует распорядиться своим голосом при выборе председателя. Астане было нелегко заручиться поддержкой Еревана, если учесть, что казахские дипломаты в международных организациях до недавних пор не раз оказывали косвенную поддержку антиармянским инициативам Азербайджана. Контакты на двустороннем уровне и на уровне ОДКБ позволили убедить казахстанских партнеров в том, что подобная непоследовательность не может положительно сказаться на перспективе председательства Астаны в ОБСЕ. Итогом консультаций на этот счет стало то, что Казахстан стал придерживаться политики, к которой его обязывают партнерские обязательства по ОДКБ. Армения сумела обеспечить гарантии того, что в период председательства Казахстана не следует ожидать никаких неприятных сюрпризов.
Афины