А не на краденой ли тачке я езжу?

Архив 201004/11/2010

Этим вопросом может задаться практически каждый автомобилист
За последние пять лет в Армении обнаружено пять сотен машин, значившихся в числе угнанных в других странах. Из них всего три десятка возвращено “на родину”. Остальные продолжают без проблем катить по нашим просторам.

Оказывается, поймать угонщика за руку и привлечь его к ответственности реально, только пока украденный автомобиль находится на “исторической” родине или в момент пересечения им государственной границы. Машины же, удачно перескочившие этот барьер, в большинстве своем успешно принимают чужое гражданство и вероятность их опознания, а тем более водворения на место практически сводится к нулю. Вот примерная схема угонной одиссеи, взявшей старт в какой-нибудь европейской стране, к примеру Германии, в которой чаще всего и промышляют угонщики. Среднестатистический европеец, недосчитавшийся своего средства передвижения, обращается в полицию и свою страховую компанию. Паспортные данные машины тут же заносятся в базу данных об угнанных авто. Через Интерпол эти сведения становятся достоянием тех стран, которые в “теме”. Сам хозяин угнанного авто очень скоро выходит из игры — если сомнений по-поводу его честности нет, то страховая компания выплачивает ему ущерб и автоматически сама становится хозяином пропавшей машины. А вот сам автомобиль обычно подвергается целой серии метаморфоз. Несколько раз перепродается, причем чаще всего в права владения ею вступают подставные лица с липовыми документами. Так что к последнему (читай ничего не ведающему) владельцу автомобиль поступает чистенький-блистенький, и если даже кто-то заподозрит в нем угнанного в каком-нибудь Лейпциге железного коня, то проследить за цепочкой преобразований практически не сможет…
Ну а если автомобиль все же обнаруживается, то не всегда бывает возможным вернуть его на “родину”. Если быть точным, то во всем мире лишь порядка 6% найденных авто возвращается к своему прежнему хозяину или к страховой компании. И в первую очередь эта странность связана с дороговизной обратной дороги — страховщики предпочитают оставить все как есть, нежели потратиться на перевозку. Говоря языком интерполовского закона, “по прошествии 6-12 месяцев с момента обнаружения автомашины, в случае если иностранный собственник не предпринял действий по возврату автомобиля (суд и, как следствие, наложение ареста), автотранспортное средство снимается с розыска Интерпола и может регистрироваться, отчуждаться и перепродаваться”. Именно по этой причине основная масса тех самых пяти сотен выявленных в Армении краденых авто так и не увидят прежних хозяев…
Но, несмотря на эти сложности, практически все страны мира периодически возвращаются к поискам оптимальных путей выявления краденых автомобилей. Всего год назад этой проблемой задался и наш парламент, принявший проект поправок в Таможенный и Гражданский кодексы, ужесточающих надзор над ввозимыми в страну “сомнительными” машинами. К примеру, люди, перевозившие автомобили с перебитыми или стертыми идентификационными номерами двигателей, обязывались представить в таможенные органы временную декларацию, уплатив все необходимые таможенные пошлины. В том же 2009 году странами СНГ было принято общее соглашение о сотрудничестве в борьбе с автомобильным угоном. В документе, подписанном Россией, Арменией, Грузией, Украиной, Беларусью, Азербайджаном, Казахстаном, Киргизией, Молдавией и Таджикистаном, был прописан порядок действий стран Содружества по предупреждению, выявлению и раскрытию преступлений, связанных с автоугонами и дальнейшим возвратом автомобилей. Ясно, что по этому вопросу нам больше всего приходится сотрудничать с Грузией, ведь именно через эту границу к нам поступает основная масса четырехколесного товара. Но повторимся, что в большинстве случаев автомобили поступают к нам уже при полном марафете…