Выдержит ли Ереван 8 баллов?

Архив 201114/06/2011

Землетрясение — “дамоклов меч”, занесенный над многими регионами мира и, в частности, Арменией. Разрушительная стихия не раз на протяжении тысячелетий испытывала на прочность наш народ. Последний раз это случилось в декабре 1988 года. Последствия подземных толчков были бы иными, если бы при проектировании, строительстве и эксплуатации сооружений — от жилых до промышленных — были бы выдержаны необходимые нормы. К сожалению, в советское время важнее всего были планы и проценты, а не качество.

На днях в Ереване прошла международная конференция, посвященная сейсмоустойчивости и сейсмоустойчивого строительства. Съехались крупнейшие специалисты Италии, Ирана, Греции, Португалии, России, Грузии, Румынии. Председатель Армянской ассоциации сейсмоустойчивого строительства Микаэл Мелкумян в своем выступлении отметил, что почти 70 процентов зданий Еревана в случае землетрясения могут разрушиться, так как большинство построены в советскую эпоху и могут выдержать не более 7 баллов.
В известной степени Спитакское землетрясение послужило суровым уроком для всего общества, и строить в Армении стали намного лучше. Хотя далеко и не безукоризненно. Сегодня перед армянством стоит гигантская общенациональная проблема — быть готовым к очередному буйству стихии. Это, разумеется, чрезвычайно дорогостоящий и долговременный процесс, но его необходимо начать, он должен стать одним из главных приоритетов армянского Космоса. Одной мэрии не справиться…
Однако, кроме вновь строящихся, в стране тысячи тысяч зданий, чей лимит времени и прочности давно истек. В силу этого перед страной и народом стоит гигантская общенациональная проблема — быть готовым к очередному удару стихии…

ОБРАЗ ЖИЗНИ И, НЕ ДАЙ БОГ, СУДЬБА…
“Где архитектор — поймаю, убью!” — говорит обитатель аварийного подъезда дома номер 25 по Эстонакан Арташес Хачатрян. У жителей этого района, кроме официальных адресов, есть еще адреса для внутреннего пользования: “первый аварийный подъезд”, “второй неаварийный”, “четвертый с трещиной между квартирами, через которую проходит рука”, есть еще и “с обвалившимся потолком”, “со смещенной стеной” и т.д.
Ачапняк — не район, а образ жизни и, не дай Бог, судьба… Территория эта забита жилыми массивами, формирование которых относится к тому времени, когда активно строились “хрущевки”. Строительство таких зданий позволяло решить вопрос об отселении людей из ветхого фонда и обеспечить города быстро построенным и недорогим по себестоимости жильем. Срок эксплуатации этих домов — максимум 50 лет. За 50 лет “хрущевки” Ачапняка устарели и физически, и морально. Здания эти просто опасны для проживания.
Еще в 2000 году правительство одобрило программу по срочному решению квартирных проблем аварийных, не подлежащих приватизации жилых площадей, а также зданий, ставших аварийными в результате эксплуатации до 1 января 1999 года. В рамках реализации этой программы и в ходе периодических исследований был составлен перечень зданий 4-й степени аварийности, подлежащих сносу.
До 2010 года планировалось переселить людей из 15 аварийных зданий. В частности, из трех — в общине Центр, из десяти — в Ачапняке и из двух — в Эребуни и Арабкире. В 2011 году город на реализацию программы по расселению жителей аварийных зданий выделил 1 млрд драмов.
“Наш дом построен в 1961 году. Мне тогда было 6 лет, — говорит Арташес Хачатрян. — В 60-е годы только и говорилось, что в 80-е будет коммунизм, поэтому никто особо и не задумывался о качестве зданий. Все дружно ждали эту штучку — коммунизм, когда нажимаешь на кнопку, и сыплется все хорошее”.
Еще в 80-е годы, когда здания стали оседать и появились трещины, начали реализовывать программу по переселению жителей дома Эстонакан 25. Часть переселили в Давидашен и в Юго-Западный массив. Но вот что удивительно: в освободившиеся квартиры после них вселились люди и до сих пор живут.

СНОСИТЬ НЕЛЬЗЯ РЕСТАВРИРОВАТЬ

Согласно решению правительства, дом 25 по улице Эстонакан наряду с другими аварийными зданиями должен был быть снесен. По неизвестным причинам в 2005 году здесь провели ремонтные работы по укреплению фундамента, в итоге здание 4-й степени аварийности перевели в 3-ю степень.
Население Ачапняка составляет ориентировочно от 50-60 тысяч жителей. О просадке фундаментов, подземных водах, новых трещинах на стенах, обвалившихся потолках и протекающих крышах они рассказывают как об обычных вещах. Буквально два месяца назад в одном из зданий после усилительных работ образовались новые трещины, произошло смещение стен, и дом все же снесли. Обращаться в очередной раз в инстанции жители дома считают бессмысленным. А срок гарантии этих “усилений” — 10 лет.
Как сообщили в Управлении по строительству и благоустройству мэрии Еревана, через год после завершения работ по укреплению аварийных домов проведено повторное исследование технического состояния здания, и состояние “усиленных” зданий оценено как удовлетворительные.
Однако, когда жильцы Эстонакан 25 обратились в мэрию с жалобой на качество работы, оказалось, что строительной организации, проводившей усилительные работы в здании, больше не существует, а руководитель организации уехал из страны.

В МОЕМ ГРОБУ НЕТ КАРМАНОВ…

Общеизвестно, что Армения является сейсмоопасной страной. По нормам сейсмостойкого строительства, утвержденным Министерством градостроительства, территория разделена на 3 зоны, наиболее опасная — третья зона, где могут быть 9-балльные землетрясения.
“Ситуация в Ереване очень опасная, — считает доктор технических наук, профессор, президент Армянской ассоциации сейсмостойкого строительства Микаэл Мелкумян. — Город полностью попадает в третью зону. В советские 40-50-е годы практически не существовали нормы сейсмостойкого строительства жилых домов и других сооружений. Нормы сейсмостойкого строительства появились позже, но в них сейсмическая опасность была недооценена. Вместо 9-балльных проектировали дома, рассчитанные на 7-балльные толчки, а во многих случаях из-за некачественного строительства реальная сейсмостойкость была и того ниже”.
Аварийные дома в Ачапняке профессор объясняет тем, что при строительстве не учли, что грунты этого района имеют способность давать большую усадку при определенном уровне замачивания. Когда влага достигла определенного уровня, критического для этого типа грунта, он стал проседать, и дома спустя время начали деформироваться. Это прямое следствие того, что грунты были исследованы спустя рукава. Да и сейчас, по нормам сейсмостойкости, скважины на предмет изучения грунтов необходимо бурить не менее 30 м, но, увы, бурят от силы на 7-8 или 10 метров…
“К сожалению, Спитакское земле
трясение не послужило уроком ни для государственных мужей, ни для строителей, — считает М.Мелкумян. Уроки извлечены только учеными, которые создали жесткие национальные нормы сейсмического строительства. Однако и по сей день строятся здания с нарушениями норм сейсмостойкости и с отклонениями от проектных решений”.
“Англичане говорят, в моем гробу нет карманов, — говорит профессор Мелкумян. — Никто не может унести с собой что-либо на тот свет. Наши госмужи, по всей вероятности, пока не понимают всю серьезность положения в стране, связанного с сейсмической опасностью. Они не понимают, что для нас приоритетом должна быть защита от землетрясения, а не укладка асфальта, строительство дорог, водоснабжение, ирригация, посадка деревьев и т.п. Безусловно, все это нужно, но без максимальной защиты от землетрясения все это может исчезнуть в одночасье при сильном землетрясении. А то, что оно произойдет, — это несомненно”.
Сейсмологи утверждают, что сильные землетрясения могут повторяться на территории Армении с периодичностью в 45-50 лет. Однако сейсмическая опасность ныне в глобальном смысле сильно возросла. Это связано также и с человеческой деятельностью, которая приводит к изменению климата, изменению процессов в земной коре, что в свою очередь приводит как к изменению периодичности землетрясения, так и к сейсмоактивности там, где ее раньше не наблюдалось.

ЧТО ВАЖНЕЕ — ВРЕМЕННЫЕ ДЕНЬГИ ИЛИ ЖИЗНЬ?
С природой не поспоришь. Пресечь землетрясение, конечно, невозможно, но защитить себя от его последствий реально.
Армения сегодня стоит наряду с ведущими странами мира в области сейсмоизоляции зданий. Технология сейсмоизоляции, разработанная профессором Микаэлом Мелкумяном в 1993 году, призвана защитить людей от землетрясения. Первые подобные здания были построены в 1995-96 гг. в зоне землетрясения — в Ванадзоре, Гюмри, Спитаке, здание поликлиники в Степанакерте, а после и в Ереване. Всего 37.
По словам М.Мелкумяна, сейсмоизолированные здания отличаются от обычных сейсмостойких тем, что в них между фундаментом и собственно зданием устанавливаются резино-металлические опоры-подушки, очень гибкие в горизонтальном направлении, что не позволяет энергии сейсмического воздействия проникать в здание, и оно во время землетрясения практически не деформируется. А в обычном сейсмостойком здании во время расчетного землетрясения происходят большие деформации. Сейсмоизолированные же здания проектируются с двукратной надежностью по международным стандартам.
Примечательно еще и то, что при строительстве таких зданий затрат на 30% меньше, в частности за счет арматуры и бетона, чем при строительстве обычных. “В области защиты населения от землетрясения у нас ведется страусиная политика: засунул голову в песок, и все в порядке. Внимание властей к науке о сейсмостойкости ничтожно мало” — отмечает Мелкумян.
* * *
ЗАО “Геориск” (Армения) подписала контракт с японской компанией “Джесика”, выделившей 2,5 миллиона долларов для проведения исследований на территории Еревана и оценки сейсмического риска. В столице созданы 5 сейсмических станций. Предлагается микросейсморайонирование Еревана, на основании которого начнется паспортизация зданий и сооружений.
“Я не сторонник этого, — говорит геофизик, доктор геологических наук, руководитель Гарнийской геофизической обсерватории Академии наук Леонид Ахвердян. — Это довольно сложная работа, требующая много времени и расходов. Фон города и всей Армении уже давно определен. Вокруг Еревана пять очагов землетрясения: Гарнийский очаг (землетрясения 1679 года), Двинский очаг, Ереванский очаг (1937 года), Бюраканский (1948 года) и Цахкадзорский (1828 года). Очень трудно определить время и мощность землетрясения, а тем более как будет реагировать то или иное здание на землетрясение”.
Леонид Ахвердян категорически против, чтобы в Армении, а в первую очередь в Ереване, строились высотные дома. Здания должны быть максимум в 3-4 этажа. В недавнем обсуждении в Национальном собрании доктором Ахвердяном поднимался вопрос о сейсмостойкости зданий Еревана, который так и остался риторическим.
Каждый город имеет свой генплан, согласно которому он должен развиваться. Сегодня Ереван превратился в одну большую стройплощадку. То тут, то там возводятся жилые многоэтажки. Стройплощадки располагаются в основном в существующих границах города, на “свободных” территориях давно построенных жилых массивов, в результате которого сильно уплотняется существующая застройка.
Трехмиллионное государство может себе позволить расширить границы своей столицы. Только в наше время главным застройщиком вместо государства стали частные инвесторы, которые предпочитают строить именно в центральной части города. И, чтобы убедить в обратном инвестора, вкладывающего деньги в строительство, нужна специальная политика, нужны жесткие законы.
“Серьезно к этому никто не относится. Строить многоэтажные здания в центре города — это в интересах только лишь инвестора, который покупает небольшой кусок земли и на нем строит многоэтажку. Чем выше, тем прибыльнее, — отмечает Леонид Ахвердян. — Но что важнее — временные деньги или жизнь?”
“Состояние многих зданий в Ереване, к большому сожалению, плачевное, — считает архитектор Левон Варданян. — Но если сравнить современные строения со строениями советского периода, то, несомненно, нынешние намного надежнее. Конкуренция, появившаяся после хаотических 90-х годов, способствовала образованию серьезных строительных организаций, но качество их продукта все же далеко от идеала. На любой стадии — начиная от исследований грунта, экспертизы проекта, техосмотра стройматериалов, заканчивая строительными работами — в той или иной степени нарушаются нормы и правила. Кроме того, жители подчас сами разрушают свои же дома: сносятся несущие стены, балки и колонны, к домам пристраиваются помещения, надстраиваются этажи. Все это приводит к значительному снижению сейсмостойкости зданий”.
Относительно общины Ачапняк Л.Варданян считает, что все здания нужно сносить, ибо усилительные работы их не спасут. Для реализации этой программы необходимо привлечь серьезных инвесторов.
“Мэрия срочно должна предпринять необходимые меры по устранению этих проблем, — считает Левон Варданян. — Мы, специалисты, не раз обращались в мэрию Еревана, чтобы в обязательном порядке создали Кадастр градостроительтва, в обязанность которого входило бы детальное изучение каждого сооружения в городе. К сожалению, пока ничего не сделано”.
Однако повторим: спасение армянской столицы — это дело далеко не только мэрии. Всего армянского мира. Трудно даже вообразить, что произойдет, окажись Ереван хотя бы рядом с эпицентром сильного землетрясения.

Армине МАРТИРОСЯН