“Когда-нибудь, когда мне выпишут 31 тыс. 200 драмов, я рассмеюсь им в лицо”

Архив 201126/11/2011

В рамках проекта госбюджета 2012 размер минимальной зарплаты останется неизменным, а вот пенсии планируется повысить на целых (!) 2 500 драмов. Именно “целых” с восклицательным знаком — в таком духе комментировали на днях это событие отечественные чиновники, увещевая: мол, не нужно судить, много это или мало, это все, чем располагаем.

Для полноты картины приведем конкретные цифры: базовая пенсия с 10 500 поднимется до 13 тысяч драмов, средняя соцпенсия вырастет на 20%, составив 16 500 драмов (вместо некогда 13 200), а средняя трудовая увеличится на 9%, то есть “дорастет” до 31 200… Есть ли особая разница между тем, что было, и обновленной ставкой? Вопрос, что называется, риторический. На него пытались ответить многие собеседники “НВ” — учителя, врачи, рабочие, профессора, вкушающие прелести пенсионного бытия. Интеллигенция, как всегда, в силу врожденной, скажем так, мягкости пыталась объяснить “это” сложным экономическим положением страны, выражаясь в духе “делают, что могут”.
Делают ли? Сотрудник одного из некогда мощнейших заводов бывшего Союза — Ванадзорского химкомбината — дает на это развернутый и одновременно однозначный ответ. “Я угробил на этом предприятии здоровье, я пахал, как вол, таскал тяжести, дышал всякой дрянью, — рассказывает Гарник САРКИСЯН. — Да, мою пенсию рассчитывают по особому тарифу, но, поверьте, разница со стандартной ставкой совсем небольшая. Аккурат на лекарства хватает. Я тут на днях слышал, что пенсия работника прокуратуры составляет 100% от зарплаты — минимальный тариф там 400 тысяч драмов. У меня волосы дыбом. Как же так? Выходит, зря я здоровьем рисковал? И что такого особенного сделал для страны какой-то прокурор или судья?”
Филологу Марине СААКЯН приходится тяжело. Она содержит себя сама, ей никто не помогает, даже дети, которые тоже в нелегком положении. “Живу одна и за годы работы ни копейки в свой карман не утащила. Хотя, наверное, надо было, — делится она. — Может, сколотила бы небольшой капитал и сейчас не тряслась бы над своими 32-мя тысячами. Летом хоть тепло и сравнительно дешево все, но вы не представляете, как сложно мне зимой, когда цены на коммунальные услуги подскакивают. Вот добавят 2 500 драмов, и что же? Впрочем, можно будет пару лишних пачек макарон взять и картошки побольше”.
В Министерстве труда и социальных вопросов нам так и не разъяснили, как так получилось, что экс-сотрудники правовой системы оказались важнее простых учителей, у которых они в свое время учились. Сослались на международные договора и конвенции, на основании которых обычно и устанавливается пенсионный тариф. При этом получить хоть какое-либо документальное подтверждение этого вопиющего факта мы не смогли: по словам чиновников данного ведомства, не существует пенсионного списка, в котором были бы обозначены ставки тех же прокуроров, судей, военных чинов… Увы. Слухами, конечно, земля полнится (периодически до простого люда доходят вести о том, что чей-то там сосед, бывший полковник соответствующих органов живет себе вольготно на госпенсию и в ус седой не дует, в то время как за стенкой старенькая педиатр греется зимой маленькой плиткой), но хотелось бы конкретики, которая, судя по всему, держится в секрете.  Как комментировать последнюю пенсионную надбавку в виде 2,5 тысячи драмов? В беседе с корр. “НВ” руководитель постоянной комиссии НС по социальным вопросам Акоп АКОПЯН говорил об инфляционных рисках. По его словам, именно с учетом этих рисков была продумана обозначенная сумма, то есть этих денег должно хватить, если вдруг цена на тот же сахарный песок и пару-тройку других продуктов подскочит еще на несколько пунктов. Вот, собственно, и все. О тарифах на газ, свет, воду и речи нет. Что касается пенсионного дисбаланса между ушедшими на заслуженный отдых высшими чинами правоохранительной сферы и рядовыми преподавателями, то тут он был не нов — также упомянул международный опыт и подписанные договора. “Согласно этим документам, чиновники Генпрокуратуры, МВД, военные получают пенсию в размере 100% от зарплаты”, — сказал он, проведя параллель между пенсионными проблемами у нас и некоторыми европейскими странами вроде Греции, Испании, Португалии и даже Ирландии.
Что ж, возможно, аналогичный дисбаланс и там, однако нашим пенсионерам от этого скорее холодно, с учетом наступившей зимы, точно не жарко. Опять же не очень понятно, насколько этичны сравнения пусть и не с самыми развитыми, но по крайней мере с социальной точки зрения более-менее благополучными странами. В Португалии средняя зарплата составляет 700-800 евро, в Греции — от 1 000 до 1 300 евро, про Ирландию и говорить нечего…
“Я даже слов не нахожу, чтобы прокомментировать сей, на мой взгляд, вопиющий факт, — сказала председатель отраслевого республиканского Союза профессиональных организаций работников культуры и СМИ Жанна ТОРОСЯН. — Что изменили эти 2 500 драмов? Никаких социальных задач они не решают, они никак не перекликаются с реальной жизню людей. Постановили столько-то и дали, не представив никакого обоснования… Когда говорится о завышенных пенсиях прокуроров или судей, госмужи утверждают, что это якобы делается для того, чтобы они взяток не брали. Выходит, что раз работник музея или бибилиотеки взяток не берет, так это его большой недостаток…”
Член фракции “Жарангутюн” Лариса АЛАВЕРДЯН связывает надбавку с предвыборными политреалиями и считает, что доводы, которые приводило правительство, не выдерживают никакой критики. “Добавочные налоговые сборы не составляют и 20% того, что необходимо и можно было собрать для улучшения соцположения простых людей. Причем суммы не нужно было искать, они на виду. Всем же ясно, что система налогообложения такой сферы, как разработка недр, находится на позорном уровне, и никто не может объяснить, почему мы слышим лишь вялую констатацию факта — дескать, так уже сложилось… Так что повышение рассчитано на самых легковерных, недалеких граждан”…
Благо таких, судя по проведенному нами опросу, становится все меньше. “Плевать я хотел на пенсионные реформы и надбавки, — сообщил один из собеседников “НВ” — предприниматель Гагик Г., попросивший, однако, не указывать его фамилию. — И это вовсе не гордыня. Пару лет назад, когда матери, заслуженному педагогу назначили госдовольство в 16 тысяч, я понял, что это просто срам. Сейчас сам коплю себе на старость и содержу мать, пенсионных денег которой еле хватает на медикаменты. И когда-нибудь, когда мне выпишут 31 тысячу 200 драмов, я рассмеюсь им в лицо”.